Фольклор на эстрадной сцене: поп, рок и… пустота

Фольклор на эстрадной сцене: поп, рок и… пустота

В стране и миреКультура
Услышать народные мелодии, зайдя на клубный концерт, можно. Но придется смириться с аранжировкой

Еще недавно, в доперестроечные времена, народная музыка в России существовала словно в двуслойном пространстве. На виду – официоз. Многочисленные «народные оркестры» из профи с высшим образованием, народные хоры, включая академические, и эстрадно-народные артисты, символом которых стала Людмила Зыкина. Под спудом – самодеятельность. Никакого музыкального образования, либо деревенские бабушки, либо городские технари с чувством близости «к корням».

Все изменилось в бурные 90-е. Снесло ветром перемен из жизни большинство народных оркестров с ряжеными балалаечниками, из телеэкранов пропали как народные хоры, так и эстрадно-народные артисты. Бабушки, любящие и умеющие петь старинные песни, понемногу повымерли естественным путем, а на смену им не пришел никто.

Ринувшаяся «зарабатывать деньги» страна грозила обратиться в Ивана, не помнящего родства. Лишь в некоторых мусульманских и буддистских регионах сохранилась преемственность песенных традиций, и фестивали народной песни остались как в центре внимания массовой аудитории, так и на экране местного ТВ.

В поисках своего лица

Удивительно, но импульс возрождения интереса к корневой музыке пришел оттуда, откуда его мало кто ждал. Рок и электронная музыка, в поисках аутентичности и собственного лица, в какой-то момент обратилась к этнике. В 1999 году была образована группа «Мельница», позднее ставшая самой известной фолк-роковой группой в стране. Она стала частью крупного движения «фолкеров» - непрофессиональных, по большей части, музыкантов, которые на фоне увлечения модной тогда «кельтской» темой, и ирландско-шотландской музыкальной культуры в целом, принялись в рок-составах играть ирландские мелодии. Поначалу на английском языке, но вскоре появились группы, созидающие собственное творчество на русском языке. Порою эти группы обращались и к русским народным мелодиям, так что вскоре к неформальному сообществу фолкеров прибились и исполнители русского фолка в рок-обработках.

С другой стороны, в 1997 году образовался этно-электронный проект «Волга», ставший образцом русской world-music наравне с экспериментами Инны Желанной и группы «Рада и Терновник». Трип-хоп, драм-н-бейс, даб оказались вполне сочетаемыми с традиционной архаичной мелодикой, что породило массу последователей. Но самым популярным опытом в этом направлении стали треки питерской электронной группы «Иван Купала», основанной в 1998 году. «Кострома» и другие песни попали в широкий теле- и радиоэфир, стали поп-хитами, и таким причудливым путем вернули аутентичный распев в быт.

Несмотря на повальные сокращения ассигнований на культуру, смогли выжить почти все академические народные хоры и те ансамбли, что получили госфинансирование («Карагод», «Астраханская песня», «Хор Пятницкого» и др.). После смерти Дмитрия Покровского его знаменитый ансамбль фактически раскололся на две независимых творческих группы, ведущих деятельность при гостеатрах – на Таганке и Надежды Бабкиной. Так что послушать профессионалов от народной музыки возможность всегда есть.

Однако порядком изменился звуковой ландшафт в стране в целом. Народные песни в том виде, в каком их пели деревенские бабушки еще в 80-е, безвозвратно становятся музейными экспонатами. Теперь никто не поет так даже в деревнях. Сет-лист обыкновенного песнопения на семейном празднике составлен из массы поп-шлягеров, двух-трех самых известных народных песен и от силы двух-трех рок-песен (и то далеко не везде). Вездесущая попса поглотила все.

Результат изменения традиций вполне предсказуем – после наступления мелодического кризиса в российской и мировой поп-музыке петь становится вообще неприличным. Прилично только слушать. Средний россиянин окончательно стал слушателем.

Что же ему слушать?

Поп, рок и… Что?

Выбор невелик, в сущности. Самый массовый сегмент фолк-музыки на эстрадной сцене составляют, конечно, поп-обработки народных песен. И тут есть два неоспоримых медийных и кассовых лидера – Надежда Бабкина и Надежда Кадышева. Обе окончили Гнесинку, обе имеют собственные музыкальные театры с государственным статусом (и финансированием). Обе отличаются умением записывать песни, которые угодны властителям телеэфира. Что позволяет привлекать на концерты широчайшую аудиторию, с которой они уже работают по-разному. Кадышева ограничивается все теми же поп-аранжировками народных песен и стилизациями, Бабкина же позволяет себе иногда исполнение аутентичных и духовных песен.

Вслед за ними идет пласт менее медийных поп-артистов: «Балаган Лимитед», Варвара, Зара, Иванна, Евгения Отрадная, Марина Девятова, Екатерина Шаврина и др. Отдельно стоит упомянуть опыты композитора Игоря Матвиенко по созданию ярких стилизаций народных песен для своих медийных проектов «Любэ» и «Фабрика». Тем не менее, место «российской Офры Хазы» пока вакантно. Ни одного суперхита из народной песни, как это сумела сделать Хаза для еврейской песни, российские поп-артисты так и не смогли создать.

Несокрушимой глыбой остаются академические ансамбли. Скажем, Кубанский казачий хор с легкостью собирает крупнейшие концертные залы страны. Академичность и госфинансирование позволяют им не впадать в грех опрощения и «попсовости», но и на творческие эксперименты идти они не готовы, как правило. Истончился, но все же еще остался слой концертирующих деревенских бабушек. Они сами себе театр и сами себе конферансье. Попасть на их концерты стало невероятно трудно, но оно того стоит: уходящая натура. Певунья из рода горюнов Лукерья Андреевна Кошелева, которая крайне редко выезжает из родного села Линово. Наделавший много шума на отборочном конкурсе «Евровидение 2010» ансамбль «Бурановские бабушки» из Удмуртии. Их немного, но они есть. Пока есть.

И есть довольно узкий слой профессионалов, умеющих экспериментировать с фолк-традицией на грани авангарда. Именно эти люди – краса и слава отечественной этники. Гуру русской песни Сергей Старостин, виртуоз балалайки Алексей Архиповский, мультиинструменталист Сергей Клевенский, хор «Сирин» под руководством Андрея Котова, цыганское трио «Лойко», world-music дивы Инна Желанная и Анжела Манукян, сестры Ольга и Таисия Краснопевцевы, квартет Ивана Смирнова, Анна Пингина, Борис Базуров и некоторые другие замечательные музыканты. Их немного, их почти никогда не показывают на телеэкранах, но именно эти люди умеют делать из традиционной русской песни высокое искусство.

Зато необычайно разросся и разветвился сегмент рок-музыки с фольклорными корнями. Поначалу делившийся на «кельтов», «русских» и остальных, теперь с развитием шоу-бизнеса, он скорее делится на коммерческие и некоммерческие группы этого жанра. Первых совсем немного. Пелагея, которую многие помнят как девочку, звонко певшую перед Ельциным, теперь соединяет русский распев и арт-рок, тяготея в последние годы к сочинению и исполнению изысканных стилизаций под русские народные песни. Уже упомянутая группа «Мельница», которая вместе с Пелагеей находится в ротации «Нашего радио», выросла до стадионного уровня и окончательно рассталась с былой «кельтикой». Теперь «Мельница» поет авторские песни с русскими, ирландскими и шотландскими корнями, зачастую обращаясь к событиям в отечественной истории. По-прежнему силен и плодовит «Калинов мост», казачьи песни стали прочным фундаментом для Дмитрия Ревякина. Энергичный фолк-рок исповедуют группы «Tintal» и «Тролль Гнет Ель».

И есть целая генерация артистов, не собирающих большие залы, но крепко имеющих свою преданную аудиторию. «Буготак», Мила Кикина, «The Dartz», «Ива Нова», «Reelroadъ», «Намгар», «Веданъ-Колодъ», «Safety Magic», «Meldis», «Musica Radicum», «Рада и Терновник», «Тол Мириам», «Северный цвет», «Корни озер», «Начало века», «Yoki», «Дорога Водана» и др. Некоторые из них за пределами России более известны, чем в ее пределах. Но чаще всего – это крепко сыгранный рок с теми или иными этническими мотивами.

У фолк-роковой общности появилась и развилась в Москве собственная инфраструктура. Свои информационные сайты, фестивали, клубы. Самым известным и массовым фестивалем стали «Пустые Холмы», собирающие до 70 тысяч зрителей. Почти на всех сценах фестиваля так или иначе появляются этно-артисты, хотя в целом «Пустые Холмы» не имеют жанровой очерченности. Успешно стартовал фестиваль «Folkday», собравший в 2009 году около 4 тысяч зрителей. Жаль, что в 2010 году он перенесен на неопределенный срок, заодно отменен традиционный фолк-фестиваль «Урожай». Но успешно прошли летние фестивали «Иван Купала», «Shadelynx Folk-Rock Fest» и «Лесояр».

Собственно, это и есть весь выбор.

Русский сценарий

Нельзя не отметить ошеломляющую скудость российской ситуации, по сравнению с европейской традиционной культурой. Практически полностью отсутствует пласт этно-джаза. Полностью отсутствуют фестивали народной песни, куда может придти и спеть любой желающий (редкие примеры татарской или тувинской заботливости лишь подчеркивают печальное правило). После массового закрытия Домов культуры по всей стране полностью разрушена инфраструктура непрофессионального народного музицирования. Наконец, полностью отсутствует система финансирования развития родной музыкальной культуры, в этой сфере деньгами даже не пахнет. Вот сколько «полностью»! Впрочем, можно добавить еще одно: руководители страны полностью игнорируют проблему сохранения и развития русской аутентичной культуры, даже на словах. Так что решения проблем не видно даже в среднесрочной перспективе.

Развитие интернета пока не принесло в эту сферу позитивного влияния, за исключением весьма успешного опыта фолк-рок-групп по формированию лояльного коммьюнити, прежде всего, для наполнения концертных залов. С крахом рекорд-индустрии окупить студийную запись полноценного альбома не по силам даже относительно востребованным этно-музыкантам. С другой стороны, найти в интернете, даже за деньги, качественные записи народных хоров и ансамблей невозможно. Так что просветительская функция интернета, в остальных сферах вполне благотворная, в сфере этно-музыки стремится к нулю. Нет ни одного специализированного музыкального интернет-магазина по народной музыке.

Шершавая рука голода, впрочем, не давит горло среднестатистического российского этно-исполнителя. Он, как правило, работает днем на основной работе, а свои вечера отдает репетициям и концертам. Примерно так же дело обстоит в Европе, так что критичного в таком положении дел ничего нет. А вот дрейф в сторону рок-музыки – сугубо вынужденный. Все небольшие площадки, где звучит сегодня этно-музыка, представляют собой рок-клубы (за исключением КЦ «Дом»). В этой ситуации играть на жалейках и колотушках означает обречь себя на полное отсутствие концертов. Их попросту негде давать. Во всей Европе подобные сценические площадки и репетиционные базы дотируются государством, у нас же такой практики нет. Ситуация буквально выдавливает молодых фолк-музыкантов в сторону рока.

Возможно, ситуацию могла быть изменить экспортоориентированность российской фолк-музыки, как это давно произошло с академической музыкой. Но хорошо продаются за рубежом считанные единицы отечественных этно-музыкантов, не считая работающих сугубо на диаспору поп-звезд вроде Кадышевой и Бабкиной. В мире относительно известны записи Инны Желанной, Хуун-Хуур-Ту, Ят-Ха, Ва-Та-Га, Volga, Саинхо Намчылак и еще нескольких имен. По сути, все это исполнители в жанре world-music, использующие русский и тувинский аутентичный фольклор. На ниве фолк-рока – ни одного успеха, за исключением питерской девичьей группы «Ива-Нова». Широкого спроса на российский фолк в мире нет, и это приходится признать. Справляться все-таки придется своими силами.

Растут поколения россиян, которые никогда в своей жизни не слышали русских народных песен. Им просто негде их услышать. Телевизор крутит попсу, радио игнорирует народную музыку (даже государственные радиостанции), в океане интернета эти песни не бросаются в глаза. Уже через пару-тройку десятилетий можно будет говорить о том, что аутентичная славянская культура целиком будет вытеснена в музейные закрома. Ситуация с татарской, тувинской, кавказской и цыганской музыкальными культурами представляется более здоровой. Хотя они держатся исключительно за счет внедрения национальных мелодий в низкокачественную поп-музыку, что на перспективу угрожает повторением «русского» сценария.

Вариантом спасения могут служить интернет-радиостанции. Безо всякой поддержки они крутят народные песни, и именно здесь можно услышать весь спектр фольклора. Прежде всего, стоит выделить этно-каналы на «Радио 101» и Радио NEWSmusic, как наиболее массовые. Если с развитием интернета популярность сетевого вещания увеличится, некоторый дисбаланс в эфире может выровняться. Впрочем, пока это лучик света в довольно мрачном пейзаже.

Подписывайтесь на наш Telegram, чтобы быть в курсе самых важных новостей. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке и нажать кнопку Join.

всего: 1028 / сегодня: 1

Комментарии /3

05:0427-01-2011
 
 
gusletarist
Не все так мрачно. И те в мире, кто имеют уши, слышат -
(см.блог базуров ком)

05:0627-01-2011
 
 
gusletarist
Отечественное интернет-вещание - пока единственная отдушина для подлинной корневой музыки в стране. Эт точно

17:2402-10-2011
 
 
Читатель
Отличная статья!! широко и подробно рассматривает вопрос интерпретации аутентичной русской музыке на современной сцене.
скажите, кто ее автор?

Смайлы

После 22:00 комментарии принимаются только от зарегистрированных пользователей ИРП "Хутор".

Авторизация через Хутор:



В стране и мире