Набор в негосударственные вузы станет меньше

Набор в негосударственные вузы станет меньше

В стране и миреВ мире
Где и чему учится, когда экономика в кризисе?

Профориентация
Безработные экономисты и юристы, атакующие кадровые агентства, должны заставить хорошенько задуматься тех, кто сегодня оканчивает школу и выбирает вуз. А на самом деле — свой путь в жизни. Куда надо идти учиться сегодня, когда рынок профессий меняется на глазах, а экономика перестраивается со стремительностью фигурок в "Тетрисе"? Какие тут могут быть ориентиры? Об этом "Огонек" беседовал с Владимиром МИКЛУШЕВСКИМ, заместителем министра образования и науки России.

— Наверное, рано еще говорить о каких-то изменениях в предпочтениях ребят, которые выбирают сейчас вузы. И все-таки, наверное, есть предварительные данные, как меняется спрос на профессии и специальности в этом году?

— Действительно, окончательные предпочтения абитуриентов мы будем знать 25 июля, в последний день приема документов в вузы. Но что-то можно сказать уже сегодня, опираясь на результаты ЕГЭ. Вы знаете, что в этом году все выпускники сдавали ЕГЭ, и из 9 необязательных экзаменов каждый выпускник мог выбрать предметы, необходимые для поступления. По этим выбранным экзаменам ясно: тех, кто будет пытаться поступать на гуманитарные специальности, пока примерно в два раза больше, чем желающих получить техническое образование. При этом я хотел бы сказать всем абитуриентам: самые большие шансы остаться без работы у выпускников со специальностями "экономика", "управление", "гуманитарные науки", "педагогика". Выпускники вузов 2009 года с дипломами по этим профессиям уже ощутили на себе все последствия кризиса, и схлопывающийся рынок труда также схлопывает и их надежды на хорошую работу и достойную зарплату.

И все равно нынешние абитуриенты предпочитают гуманитарные направления!

— К сожалению, пока да. Вместе с тем серьезные научные прогнозы посткризисного развития экономики показывают: в ближайшие годы самыми востребованными будут специалисты с техническим или междисциплинарным образованием.

Понятно, что мотивация у всех ребят разная, но очевидно, что для человека в первую очередь важны возможности трудоустройства, самореализация и уровень заработной платы. И мы должны объективно подсказать ребятам, куда идти, где они будут востребованы и успешны. Что можно сделать еще сегодня? С 7 по 17 июля те выпускники школ, которые не сдавали ЕГЭ, к примеру, по физике, потому что хотели поступать в гуманитарный вуз, еще имеют возможность сдать этот экзамен и поступить на техническую специальность. Тем более что конкурс по этим профессиям будет несколько ниже, а бесплатных мест более чем достаточно.

— Скажите, как развивался спрос на специалистов технической направленности?

— Мы несколько последних лет оцениваем потребности в квалифицированных кадрах. Сейчас у нас есть такой прогноз до 2020 года. И с его учетом мы ежегодно корректируем количество бюджетных мест в вузах. В последние годы мы снижаем прием по гуманитарным направлениям подготовки, выпускники которых не могут найти работу на рынке труда и фактически выпускаются в никуда. Скажем, в этом году будет на 7 процентов меньше мест по направлению подготовки "Образование и педагогика", на 12 — "Экономика и управление".

При этом мы параллельно увеличиваем прием на те профессии, которые востребованы. Например, в этом году на 23 процента больше бюджетных мест выделено на специальности, связанные с информационной безопасностью, на 22 — на физико-математические науки, на 9 — на авиационную и ракетно-космическую технику.

— А выпускники готовы перетечь в высвобождающиеся ниши? Или все равно вместо того, чтобы идти на авиационную и ракетно-космическую технику, выбирают менеджерские специальности?

— Этот процесс, который мы пытаемся каким-то образом скорректировать, очень сложный и зависит не только от того, сколько бюджетных мест Минобрнауки дает тому или иному вузу. Это зависит от настроений в обществе, от его ожиданий, от тех героев, которых люди видят на телеэкранах.

— И все-таки, абитуриенты, родители, сами вузы почувствовали, что конъюнктура изменилась?

— Я думаю, что мы точно ответим на этот вопрос, когда пройдет зачисление. Скорее всего пока не сильно. Проблема ведь не в том, что у нас много экономистов, юристов и менеджеров. Много людей с дипломами по этим специальностям, а за этими дипломами скрывается почти полное отсутствие знаний. Вы знаете, что проблема юридического образования рассматривалась на самом высоком уровне и был издан соответствующий указ президента страны.

— Уже понятно, что на первый план выходят технические специальности. Но не пострадала ли наша инженерная школа за те годы, когда ей уделялось мало внимания?

— Тут надо говорить о конкретных вузах и школах. Потому что у нас есть вузы, инженерные в том числе, которые по сути таковыми уже перестали быть. Наверное, они могли бы быть хорошими колледжами и учить по программе среднего профессионального образования. Это было бы правильно. В то же время у нас есть очень хорошие технические вузы, в которых научные школы, я считаю, не только не пострадали, а серьезно прибавили в своем развитии. Более того, все последние новации, которые реализованы в рамках национального проекта "Образование", были основаны на принципе поддержки лидеров. И вузы с сильными научными педагогическими школами получили поддержку. За время реализации национального проекта мы сумели создать некий пул лидеров профессионального образования, если хотите, ресурсных центров. Среди них большинство именно инженерные вузы.

— И выпускники этих вузов не испытывают проблем с трудоустройством?

— Как правило, нет.

— Вы говорили о том, что образование должно быть сориентировано на посткризисную экономику. Какие специалисты ей потребуются?

— Что касается посткризисной экономики, то совершенно очевидно, что она будет другой. Какой точно, никто сейчас, наверное, не возьмется утверждать. Но ясно, что останутся на плаву те предприятия, которые окажутся наиболее эффективными.

Министерство специально разработало отдельную масштабную программу переподготовки граждан. В этой программе мы попытались спрогнозировать ситуацию и определить те направления подготовки, которые будут востребованы. Прежде всего мы выделили базовые отрасли, без запуска которых невозможен подъем экономики, это металлургия, машиностроение, металлообработка. С другой стороны, большое внимание мы уделяем отраслям, которые традиционно дают мультипликативный эффект. Скажем, автомобилестроение или строительство дают достаточно большой заказ для других отраслей.

Кроме того, совершенно очевидно, что технологии, которые раньше в этих отраслях применялись, уйдут. Будут новые технологии, прежде всего связанные с ростом производительности труда. А это значит, что, с одной стороны, работники, которые сейчас трудятся в этих отраслях, просто обязаны получить новые знания и новые компетенции. С другой стороны, повышение производительности труда приведет к высвобождению определенного количества работников, о которых мы также должны думать. Видимо, их потенциал вполне можно использовать в других сферах, например, таких, как сервис. Я имею в виду сервис в самом широком смысле слова: это обслуживание крупных торговых комплексов, аэропортов, вокзалов, услуги высокотехнологичного сервиса. Ведь если вам надо что-то отремонтировать, начиная от машины и заканчивая утюгом, вам сегодня придется побегать в поисках хорошей мастерской.

Также мы ожидаем рост в инновационных сферах экономики. Уже сегодня востребованы специалисты в области квантовой и оптоэлектроники, инновационного менеджмента, в сфере управления качеством. То же касается и профессий, имеющих по природе междисциплинарный характер, таких как общественное здравоохранение, биоинженерия, информатика и т. д.

— Системы распределения у нас уже не существует. Тем не менее очевидно, что сейчас складывается некая схема взаимодействия вузов и рынка труда. Что она собой представляет?

— Я достаточно негативно отношусь к системе распределения и вижу в ней больше минусов, чем плюсов. Мы никогда не построим эффективную и развивающуюся экономику, если будем заставлять работодателя принимать на работу того, кто ему не нужен. Или посылать выпускника вуза или колледжа туда, где он не хочет работать. Кроме того, в этом случае выпускник просто не будет стремиться быть конкурентоспособным.

— А тогда что надо делать?

— У нас существует два работающих механизма. Первый — так называемый целевой прием, когда, к примеру, орган местного самоуправления направляет на учебу человека, который ей нужен. Общее количество человек, которых вуз может принять на 1-й курс в рамках целевого приема,— до 30 процентов. И второй путь — целевая контрактная подготовка. В этой ситуации выпускник обязуется отработать определенный срок на том предприятии, которое в течение всего обучения платило ему повышенную стипендию. Только в 2009 году таких выпускников вузов будет около 60 тысяч человек, причем все из них будут трудоустроены. Эта система хорошо работает, например, в сельском хозяйстве, оборонно-промышленном комплексе.

Кроме того, в наших вузах есть созданная еще 10 лет назад система содействия трудоустройству выпускников. И в тех вузах, где ведется планомерная работа со студентами начиная уже с 3-го курса, процент нетрудоустроенных выпускников значительно ниже, потому что в этом случае вуз работает по прямым договорам с работодателями. Это позволяет на старших курсах адаптировать учебную программу и подготовить того специалиста, который нужен работодателю.

Негосударственные вузы почти всегда "подбирали" тех студентов, которые не сдали экзамены в более престижные институты. Сейчас взят курс на повышение качества образования, он не ударит по негосударственным вузам?

— Мы предполагаем, что набор в негосударственные вузы в этом году станет меньше. Это связано с разными причинами. Первая — демографический спад. И понятно, что абитуриентов на всех не хватит. А вторая причина заключается в том, что раньше негосударственные вузы демпинговали. Они устанавливали сроки приема документов, которые позволяли поступить абитуриентам, не поступившим в государственные вузы, при этом условия поступления были самые щадящие. Сейчас и государственные, и негосударственные вузы будут принимать абитуриентов одновременно, и я считаю это правильным и честным. Все ребята идут по результатам ЕГЭ, сроки приема документов одинаковые, поэтому все вузы в равных условиях.

Скажите, изменилась ли мотивация у ребят? Скажем, в 1990-е студентам надо было как можно быстрее начать зарабатывать. Сейчас они на что обращают внимание?

— И думаю, и вижу по тем студентам, у которых преподаю, что на первый план у них выходит самореализация. Это другое поколение, у которого иная мотивация к учебе. В лучшую сторону. Ребята относятся к учебе серьезнее и хотят получить реальные знания. Если раньше было в порядке вещей купить диплом или сдать экзамен за деньги, то сейчас ребята стали понимать, что купленный диплом ничего не даст. А реальные знания открывают перед ними широчайшие возможности.

Подписывайтесь на наш Telegram, чтобы быть в курсе самых важных новостей. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке и нажать кнопку Join.
Екатерина Данилова
kommersant.ru

всего: 662 / сегодня: 1

Комментарии /0

После 22:00 комментарии принимаются только от зарегистрированных пользователей ИРП "Хутор".

Авторизация через Хутор:



В стране и мире