до юбилея
277 дней
 
Кризис перепроизводства профессоров

Кризис перепроизводства профессоров

В стране и миреВ мире
Западные университеты сокращают преподавателей. Российским вузам пора перетягивать кадры к себе

Российским преподавателям, мечтающим о карьере на Западе, пока беспокоиться не стоит: на академическом рынке труда сейчас напряженно. От профессоров избавляются по обе стороны Атлантики, а конкуренция между свежеиспеченными докторами наук растет.

Больше всего шума поднимают британцы: профсоюз работников университетов и колледжей (UCU) определил уже десятки вузов, где намечаются увольнения. К примеру, университет Лидса (второй в стране по числу студентов) должен сократить порядка 700 человек, Королевский колледж в Лондоне – более 200 и т.д., в общей сложности – несколько тысяч. Под нож попал даже единственный профессор палеографии в стране Дэвид Ганц: с 1 августа изучать таблички с древними надписями ему придется у себя дома.

В США счет уволенных профессоров тоже идет на тысячи. Но что плохо европейцам или американцам, то может оказаться плюсом для российских вузов: позиции в них станут немного привлекательнее как для соотечественников, уехавших учиться в западные аспирантуры, так и для иностранных молодых ученых. Пора разворачивать рекламную кампанию.

15 000 УВОЛЕННЫХ ПРОФЕССОРОВ

В Британии кризис «удачно» совпал с перестройкой госфинансирования вузов. Оно сократится в этом году почти на 450 млн фунтов стерлингов, на 5%, а до 2013 г., как прогнозирует профсоюз, будет уменьшаться еще на 6% ежегодно. За расходами вузов вводится более строгий контроль. Могут потерять работу более 15 000 человек (год назад профсоюз давал оценку всего в 6000).

Университет Лидса сокращает факультетские затраты на 10–20%: надо закрыть дыру в бюджете в 35 млн фунтов. Университет Cumbria планирует уволить 200 из 1400 работников. Вузы обещают также активнее заменять профессоров недавними аспирантами, откладывают планы строительства новых кампусов, отказываются от курсов языков и прочих гуманитарных дисциплин.

Вице-канцлер университета Anglia Ruskin Майк Торн возмущен: «При нашем правительстве гуманитарные науки оказались под угрозой. Оно хочет убедить студентов переключиться на естественные науки». В Лидсе, Королевском колледже и других университетах обещают акции протеста.

Впрочем, профсоюзы политизируют ситуацию и перегибают палку, говорит 

 
Прямая речь «Английское общество не слишком честно обходится с университетами» Директор по прикладным исследованиям Российской экономической школы Игорь Федюкин
об увольнениях британских профессоров:

Сокращение бюджетов и штатов в условиях сокращения государственного финансирования не является чем-то уникальным, в том числе и для высшего образования. В тех же Соединенных Штатах похожие периоды «затягивания поясов» случаются более или менее регулярно. Бюджетные проблемы в определенном штате, конечно, напрямую выливаются в бюджетные проблемы местных университетов. Но в силу того, что система образования децентрализована, а также имеются сильные частные вузы, эффект, возможно, ощущается чуть менее остро. Понятно, что сначала стараются сокращать незаполненные позиции, потом сокращать временный персонал, отменять или откладывать строительные проекты, а увольнять профессоров, имеющих пожизненный контракт, в Штатах все-таки довольно сложно.

Но в целом финансовые трудности переживают сейчас и американские университеты. Сокращаются, конечно, и бюджетное финансирование, и эндаументы или, по-русски, фонды целевого капитала. Та же самая история: сокращают вакансии, второстепенный персонал, замораживают проекты развития, отменяют стипендии. И еще очень важная особенность: в такие периоды если уж нанимают преподавателей, то стараются на временные контракты, на 1 – 3 года, чтобы потом было их проще уволить, если будет нужно. Активнее привлекают аспирантов к преподаванию. Ни и конечно растет плата за обучение – впрочем, она всегда растет.

Но сложившаяся в Англии ситуация – это еще и результат политического выбора. И в этом смысле общество с университетами обходится не совсем честно. В Англии давно идет спор по поводу платы за обучение, общество выступает решительно против. Совсем недавно все-таки ввели плату за обучение, довольно низкую: средняя плата за обучение для своих студентов составляет где-то около 3000 фунтов, при этом для иностранных – 13 000. Разница в 10 000, конечно, не покрывается правительством полностью. И вот, с одной стороны, вузам не дают повышать плату за обучение и покрывать свои расходы, с другой стороны, сокращают бюджет. Общество не готово на повышение платы за обучение, но это такая форма самообмана: возможно, благодаря нынешнему кризису у вузов появится дополнительный довод в пользу повышение платы за обучение.

Еще один политический выбор: как сокращать? Всех поровну или закрыть в первую очередь самые плохие университеты и неэффективные, где исследования не ведутся, преподаватели и студенты слабые? А сильные университеты поберечь? Понятное дело, что это политически шаг, на который никто не решится. Это ведь вопрос доступности образования, равенства шансов и т.д. Вопрос, таким образом, не в нехватке денег (их никогда не бывает достаточно). Вопрос в политических ограничениях, в том, насколько общество готово быть честным само с собой.

Последствия сокращений для конкретных людей будут довольно тяжелыми: в первую очередь, конечно, страдают специальности гуманитарные, «бесполезные», не имеющие очевидной ценности – например, тот самый единственный на всю Англию профессор палеографии. А ведь он инвестировал многие годы в овладение своей специальностью. Компьютерщикам, биохимикам и тому подобным специалистам проще: у них проблем с поиском работы не возникнет, что в Англии, что в других странах. Ну а для преподавателей «ненужных» наук, вроде филологии или античной истории хорошего рынка не будет никогда: не надо себя тут даже обманывать.

Ведь если смотреть шире, то лет 100 назад университетов было мало, работа профессором была уделом немногих, зачастую – развлечением для состоятельных, потому что мало кто мог себе позволить многие годы не работать, а писать диссертацию про древнегреческие надписи. Однако в 1950-е – 1970-е гг. наблюдался масштабный рост высшего образования и на Западе, и в СССР, в большом количестве открывались новые университеты. Высшее образование из элитного сегмента перешло в массовый. Тогда, конечно, был огромный спрос на преподавателей: люди находили работу, не успев еще защитить диссертацию. Индустрия производства все новых и новых профессоров росла: каждый вуз стремился открыть аспирантуру, потому что это вопрос престижа, денег. Возникло перепроизводство профессоров по ряду дисциплин.

Представители невостребованных рынком специальностей очень медленно примиряются с реальностью. Я прошлой весной разговаривал в Париже с молодой француженкой, которая защитила докторскую диссертацию по средневековым витражам или что-то в таком роде. Так она возмущалась: раз государство на протяжении пяти лет платило ей аспирантскую стипендию, пусть оно ей теперь предоставит достойную работу!

Но времена, когда каждый аспирант гарантированно трудоустраивался профессором, прошли. И здесь и американским, и российским вузам есть о чем задуматься: честно ли они поступают, принимая каждый год в аспирантуру десятки, сотни человек? Да, выпускник Гарварда трудоустроится почти всегда – а как быть с аспирантурами второго, третьего ранга? В России их никто и не воспринимает всерьез, понятно, что это профанация и пустая трата государственных денег: никто из них по специальности и не собирается работать. (На практике, правда, к сожалению, некоторые из них все же становятся преподавателями: ведь каждый вуз у нас сам себе готовит профессоров). А в США активно идет дискуссия о том, что аспирантуры обязаны ориентировать своих выпускников не только на академические, но и другие карьеры: готовить их работать на госслужбе, в бизнесе, в школах даже.

Ну а если возвращаться к британской истории, то в ней многое нужно делить на два, если не больше. В этой ситуации очень много политики, конечно. Для профсоюзов это повод продемонстрировать мускулы. Да и руководству университетов выгодно раздувать панику: весь этот кризис дает им дополнительные основания требовать повышения платы за обучение.
 
   директор по прикладным исследованиям «Российской экономической школы» Игорь Федюкин. С одной стороны, англичане не хотят, чтобы их университеты превращались в частные учреждения, как в Америке, и протестуют против повышения платы за обучение (ее ввели только недавно, и она довольно скромна), с другой – бюджет урезает расходы на образование.

Это уже не первая попытка британского правительства снять с себя бремя содержания университетской системы. Во времена Тэтчер некоторые британские ученые покинули страну , отмечает социолог образования, замдиректора петербургского филиала ГУ-ВШЭ Даниил Александров: тогда финансирование вузов тоже было сильно урезано. А некоторым пришлось досрочно уйти на пенсию. За последние 30 лет число студентов на преподавателя в Британии выросло в два раза, вычислил профсоюз UCU.

Но сейчас, думает Федюкин, вузы могут повернуть новость о предстоящих сокращениях в свою пользу. Когда государственное финансирование сокращается, уговорить общество на повышение платы за обучение проще. Паника выгодна.

БЮРОКРАТЫ УЙДУТ

В США – та самая частная модель, которой боятся британцы, и неопределенности – не меньше. Крупные исследовательские университеты, пострадавшие от неудачных вложений, пока стараются не переносить свои беды на профессоров: они останавливают строительные проекты, повышают плату за обучение, увольняют административный персонал.

Эндаумент Dartmouth College в прошлом году потерял четверть своей стоимости, и университет на днях объявил об антикризисной программе: повысится плата за обучение, обеспеченным студентам придется брать кредиты на учебу в дополнение к урезанным стипендиям. Несколько десятков сотрудников будут сокращены, но пока это не преподаватели.

В Йеле главные сокращения – в области строительных проектов: $2 млрд капитальных расходов на новые библиотеки, общежития, аудитории отложат на 5 лет. В нынешнем году строительный бюджет сократится на 60%, до $250 млн. Как и Дартмут, Йель уволит часть работников, но преподаватели пока могут не волноваться. Корнелльский и Принстонский университеты увольняют административный персонал еще с осени.

Сократить постоянных профессоров (tenure) по американскому законодательству почти невозможно, но в целом даже сотрудники университетов «Лиги плюща» не защищены от увольнений. В прошлом году, например, сократила преподавательский состав Гарвардская школа права.

А работники более мелких, особенно государственных, учреждений и сейчас сильно нервничают. Бюджеты многих штатов дефицитны, поддержать университеты им трудно, и вузы еще с прошлого года избавляются от преподавателей.  Десятками их увольняют в Миссури, Небраске, Индиане, Миссисипи.

КОНЕЦ ЭКСПАНСИИ

Катастрофы с западным образованием, однако, не случится, думает Александров. Сокращенные найдут себе работу в школе, в бизнесе, в социальных службах. Рынок труда профессоров и научных работников, конечно, не рухнет, согласен  директор магистерской программы по российским и евразийским исследованиям Европейского университета в Санкт-Петербурге Сергей Ерофеев.

Начиная с середины века число преподавателей росло, говорит Федюкин. Больше университетов, студентов, аспирантов – а значит, больше и тех, кто их учит. Во многих областях, особенно в гуманитарных науках, было даже перепроизводство профессоров.

Сейчас – время пересмотреть этот экспансионистский настрой, потому что и выпускникам некуда идти, и денег на их обучение становится меньше. Йель в этом году сократит прием в аспирантуру на 10–15%. А в Британии, несмотря на рекордный рост заявлений в вузы (особенно от тех, кому больше 25), число мест не вырастет, и 200 000 – 300 000 абитуриентов в университет не попадут.

Эта перестройка меняет и перспективы трудоустройства для молодых преподавателей, недавно закончивших докторскую. Некоторые университеты готовы заменять профессоров на выпускников аспирантуры, но это пока не массовое явление. Вакансии сокращаются, и конкурс растет. А если и нанимают преподавателей, говорит Федюкин, то по временным контрактам.

Найти место стало сложнее, подтверждает аспирант одного из оксфордских колледжей, причем не только в Британии, но и в Италии, в Испании и т.д. Хотя ощущения радикальных перемен пока нет.

Социолог из России, временно работающий в университете Мичигана, говорит, что с работой в академической среде сейчас непросто. Всем хочется попасть в теплое (до сих пор) местечко, конкуренция растет; устроиться в бизнесе заметно легче.

Нашим вузам поэтому, возможно, станет проще привлекать молодых преподавателей с Запада – прежде всего россиян, которые уехали туда за докторской, но не только. В последние годы выпускники немецкой, британской и другой аспирантуры стали интересоваться работой в России, говорит Ерофеев. И неопределенность с трудоустройством дома может подстегнуть их интерес. Хотя для этого университеты должны не только предложить сколько-нибудь рыночную зарплату, но и решить проблемы с акклиматизацией людей, привыкших работать в европейской академической среде.

Вступайте в группу Город Новостей в социальной сети Одноклассники, чтобы быть в курсе самых важных новостей.
Екатерина Чекмарева
Slon.ru

всего: 704 / сегодня: 1

Комментарии /1

09:1216-02-2010
 
 
Читатель
Посмотрят сериал школа и скажут "нахер нам эта фашисткая россия , где всех иноземцев ненавидят" :D

После 22:00 комментарии принимаются только от зарегистрированных пользователей ИРП "Хутор".

Авторизация через Хутор:



В стране и мире