до юбилея
278 дней
 
«Кремниевая долина» переедет поближе к Кремлю

«Кремниевая долина» переедет поближе к Кремлю

В стране и миреВ мире
В России может появиться свой аналог Кремниевой (Силиконовой) долины. Амбициозные заявления о ее создании в Подмосковье сделали кремлевский чиновник Владислав Сурков и глава «Роснано» Анатолий Чубайс. Ведущие ученые страны прокомментировали GZT.RU неожиданный поворот в модернизации российской науки.

В ближайшие два-три года России планируют создать высокотехнологичные комплексы — города с населением 30–40 тысяч человек, куда будут привлекаться наукоемкие производства за счет налоговых льгот и созданной государством инфраструктуры. В интервью «Ведомостям» об этом рассказал первый замглавы администрации президента Владислав Сурков.

Вслед за президентом Дмитрием Медведевым он использовал термин «Кремниевая долина». Однако о том, где именно будет располагаться ее российский аналог не сообщается: пока что речь идет лишь об общих чертах проекта.

«Город будущего» переехал из Томска в Подмосковье

 

Заявление о том, что Томск может претендовать на статус инновационной столицы страны, президент России Дмитрий Медведев сделал на встрече с губернатором Томской области Виктором Крессом еще 11 февраля 2010 г.

Направления, над которыми будут работать в комплексе, таковы: энергоэффективность и энергосбережение; ядерные технологии; космические технологии; медицинские технологии; стратегические информационные технологии. В 2010 г. на поддержку отобранных (отбор еще предстоит) проектов и проектирование самого города планируется потратить 4 млрд руб.

В разработке проекта принимают участие трое иностранных экспертов. Это американский инвестор Эстер Дайсон, французский специалист Доминик Фаш и Свен-Тор Холм (Швеция, гендиректор Lundavision AB). По словам Суркова, привлечение иностранцев наряду с россиянами позволит повысить открытость проекта и привлечь участников со всего мира.

При этом зампредседателя комиссии по модернизации назвал одной из основных проблем отсутствие спроса на инновации. По его словам, нужна «позитивная созидательная энергия», которую необходимо каким-то образом извлечь из российского общества. Для этого потребуются как согласованные действия властей (сейчас многие инициативы сталкиваются с бюрократическими проволочками), так и создание благоприятного психологического климата, способного привлечь высококвалифицированных специалистов.

Нанодолина

 

Площадка для создания в России аналога Кремниевой (Силиконовой) долины будет определена до конца 2010 г., а может быть, даже к концу первого полугодия, считает глава госкоропорации «Роснано» Анатолий Чубайс. Именно эта структура определена основным подрядчиком проекта.

«Наиболее вероятно все-таки Подмосковье, хотя, может быть, мы уйдем и за пределы Подмосковья»,— цитирует Анатолия Чубайса агентство РИА «Новости». По его оценке, первые результаты работы по созданию Кремниевой долины могут появиться уже в течение пяти лет. По словам Чубайса, «Роснано» занималось этой темой и до создания рабочей группы, в частности, госкорпорация изучала соответствующий мировой и советский опыт. «В России это сделать и можно, и нужно. Другое дело, что проект этот колоссальной сложности и риски велики»,— подчеркнул он.

Кремлевская копия Кремниевой долины: мнение ученых

GZT.RU предложил ведущим ученым страны оценить перспективы создания в России аналога Кремниевой долины и обозначить трудности, с которыми столкнутся кремлевские кураторы проекта.

Первый проректор Высшей школы экономики Лев Якобсон уверен, что для создания в России своей Кремниевой долины нужны не университетские исследователи, а люди, ознакомившиеся с практикой ведущих западных научных центров:

- Создать у нас нечто подобное Силиконовой долине — идея правильная. Но достаточно ли просто выделить деньги, подыскать территорию? Силиконовая долина нужна не для развития науки как таковой. Для этого существуют академические институты и университеты. Их число нет надобности увеличивать, лучше развивать имеющиеся.

Силиконовая долина — место, где головы, вполне пригодные для плодотворных занятий высокой наукой, разворачиваются в сторону практических инноваций. Это у нас получается пока куда хуже, чем исследования, и переломить ситуацию на базе существующих институтов вряд ли удастся. Вот почему действительно необходимо создавать нечто заново. Подмосковье — подходящие место: близко ведущие научные центры, университеты, и вместе с тем есть некоторая дистанция. В Калифорнии все так же.

Однако есть две ключевые проблемы, которые не решить за счет одного только нового строительства и денег на раскрутку создаваемых центров. Первая — интерес бизнеса к инновациям. О его недостатке много говорилось, поэтому остановлюсь на второй проблеме, пока менее заметной. Нужны люди, проникшиеся духом Силиконовой долины и аналогичных европейских центров. Там работают довольно многие наши ученые, но им приходилось перестраиваться под влиянием западных коллег, с немалым трудом осваивать то, что отличает атмосферу подобных центров как от атмосферы университетов, так и от атмосферы обычных бизнесов. Боюсь, что без таких людей мы просто воспроизведем то, что уже имеем в наших НИИ, университетах и корпорациях. Все они не без достоинств, но нужны ли их дорогостоящие реплики в Подмосковье?

Думаю, что многое будет зависеть от того, удастся ли привлечь к созданию новых центров тех наших соотечественников, кто «поварился» в инновационном бизнесе на Западе и сумел там преуспеть. Вокруг них могло бы складываться новое поколение людей, ориентированных именно на такого рода деятельность, а не на чистую науку или обычный бизнес. В талантливой молодежи недостатка не будет. Наши лучшие вузы при всех их проблемах не разучились искать и развивать таланты. Но молодой человек, выбравший научную карьеру, зачастую скоро обнаруживает, что все достойные места заняты пожилыми коллегами и надо либо менять профессию, либо ехать на Запад. Подходящие молодые кадры наверняка найдутся, вопрос в том, кто и куда их поведет.

Директор института биофизики Сибирского отделения РАН Андрей Дергеменджи считает, что российская наука сейчас может и должна «прирастать Сибирью»:

- Мне кажется, что создание еще одной территории, где будет сконцентрирован передовой край науки, неразумно и нелогично. Это дорого. Мне непонятно соотношение вложенных средств и отдачи от такого нового проекта. Я не могу полно оценить перспективы создания этой Силиконовой долины в Подмосковье. Каков там сейчас научный потенциал, на базе каких учреждений, каких кадров создавать там этот анклав? Сейчас актуально не собирать все в кучу, а потом разбираться, какая научная отрасль дает результат, а какая — нет. Разумнее организовать эту долину кустовым методом, объединив наилучшие разработки...

Приведу пример: когда объявили старт программы модернизации отечественной науки, в нашем отделении Академии мы отобрали по всем НИИ, по всем институтам, лабораториям 500 научных работ и исследований. Одна другой краше. Потому как реально собрали все лучшее. В Академгородке, Томске, Красноярске люди ведут интереснейшую работу. Однако этот наш список пока не особо и востребован. Недавно отметили Екатерину Шишкацкую из Томска. Президент ее наградил. Я понимаю, ее уникальный биопластик интересен промышленности здесь и сейчас. Однако, если люди повнимательнее посмотрят на наши работы, то увидят много интересного: вплоть до полностью проработанной системы жизнеобеспечения на Луне. Возникает вопрос, почему Силиконовая долина не может быть основана на базе того же Академгородка. Видимо, по сравнению с Подмосковьем мы — медвежий угол.

Директор специализированного (математического) учебно-научного центра (СУНЦ) МГУ «Школа имени А. Н. Колмогорова» Анатолий Часовских проводит исторические параллели между заявлениями Медведева, Суркова и практикой советского времени:

- Когда начинали разработку атомной бомбы, то начинали атомный проект с нуля, с чистого поля, создавали институты и закрытые территории. Когда развивали ракетостроение — было то же самое. И так на протяжении всей советской истории. Сейчас, видимо, инновации и модернизация российской науки также возможны только с чистого листа.

Алексей Бобровский, старший научный сотрудник химфака МГУ, молодой ученый, недавно награжденный в Кремле за достижения в области науки и инноваций, заявил GZT.RU, что ни Кремниевая, ни Силиконовая долина не помогут развитию российской фундаментальной науки, все еще значительно отстающей от мировой:

- Понимаете, Кремниевая долина вообще решает технологические задачи. И создание таковой — идея прекрасная. Но меня как человека, занимающегося прежде всего фундаментальной наукой, беспокоят ее перспективы.

Сейчас государство поддерживает создание малых предприятий на базе вузов, решает еще какие-то текущие вопросы, и, как мне кажется, поддержка собственно фундаментальной науки уходит на второй план. Особенно на фоне упорных слухов о сокращении финансирования Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ). Уверен, что грантовую систему поддержки науки нужно не только оставить, увеличив финансирование в разы, но и совершенствовать введением «прозрачной» международной экспертизы.

Что же касается перспектив нашей Кремниевой долины, то тут есть проблема: количество специалистов высокого уровня в стране, на мой взгляд, ниже критической отметки. Необходимо возвращать их, привлекать иностранцев, стимулировать их работу в отечественных лабораториях, находить сильнейших ученых по всей стране.

Обязательно проводить аудит их разработок при участии международных экспертов. И лучшим давать гранты и обеспечивать оборудованием. Я ежедневно просматриваю оглавление ведущих научных журналов всего мира, читаю интереснейшие статьи. Наших ученых там практически нет, они не публикуют свои статьи на английском языке. Я сужу, разумеется, по своей области (полимеры и жидкие кристаллы). Чем живет РАН, ее филиалы, мне непонятно. Такое ощущение, что они застряли в советском времени. Каким образом создание Кремниевой долины решит проблему с отставанием нашей науки? Четкого ответа я не вижу.

Кремниевая или Силиконовая

Кремниевая долина (часто называемая Силиконовой, что есть калька с английского silicon — кремний) — это южная часть территории Сан-Франциско, где сосредоточены многие компании — производители микроэлектронной техники.

Термин «Кремниевая долина» датируется очень точно — 11 января 1971 г. его употребил Дон Хоффлер, корреспондент издания Electronic News, обозначив тем самым долину Санта-Клара. В этой долине тогда располагались основные предприятия, работающие с микроэлектроникой — а кремний был (да и до сих пор является) основным материалом для производства микросхем.

Почему не силикон?

 

Силикон — это silicone. Кремний — это silicon — разница в английских словах заключается всего в одной букве. Но за этой буквой кроется большая разница: «силиконом» называют пластики, содержащие кремний. Герметики, уплотнители, эластичные формы для выпечки, имплантируемые протезы для женской груди, чехлы для мобильных телефонов, детские игрушки — пластики с кремнием используются практически везде, где требуется стойкость в сочетании с гибкостью и безвредностью.

Аналогично не надо путать «кремниевый» и «кремневый» — кремнем называют куски кремнезема, оксида кремния. Из него делали каменные топоры, а не процессоры.

Полупроводниковая революция

Кремний стал жизненно важным для цивилизации элементом: то, что когда-то занимало радиолампами и прочими радиодеталями самолетный ангар, стало умещаться сначала на столе, потом на ладонях, а потом и вовсе на крылышке мухи. Стоимость устройств падала так, как не дешевел еще ни один высокотехнологичный товар в истории: вычислительная мощность, за которую двадцать лет назад платили миллионы долларов, теперь доступна любому школьнику.

А Кремниевая долина, точнее, расположенные в ней компании, оказались активными участниками полупроводниковой революции. Немалую роль в формировании этого высокотехнологичного региона сыграло то, что там расположились Стэнфордский университет и ряд компаний, производящих сложную технику — например Hewlett-Packard. Поддержка со стороны крупных частных инвесторов, работа Стэнфордского университета над проектом ARPANET (компьютерная сеть, часто называемая предшественницей Интернета), создание в 1951 г. Стэнфордского промышленного парка — все это за несколько десятков лет вывело Кремниевую долину в число наиболее примечательных исследовательских комплексов планеты.

Докремниевая эпоха

 

Полупроводники — это материалы, которые позволяют делать диоды и транзисторы, устройства, которые могут управлять протеканием тока в нужную сторону, но с куда меньшими потерями, быстрее и надежнее. В одном кристалле кремния (путем добавления в него разных примесей и за счет создания на его поверхности проводящих дорожек) можно сделать не одно устройство, а много разных, создав тем самым так называемую интегральную схему.

Блеск и нищета микросхем из Зеленограда

В 1960-х гг. строившийся изначально как центр текстильной промышленности подмосковный Зеленоград было решено перепрофилировать в оплот будущей микроэлектронной промышленности. И на это у советского правительства были веские причины: по ряду причин СССР начал к тому моменту отставать от США в области микроэлектроники, а важность этой отрасли становилась с каждым годом все более и более очевидной.

В 1965 г. заработали первые цеха по производству полупроводниковых приборов, а спустя год мощность производства достигла ста тысяч микросхем в год — всего их за последующие пять лет произведут свыше 3,5 млн. В 1970-х специалисты завода «Микрон» выпустят ЭВМ «Эльбрус-2» и долгое время, вплоть до конца 1980-х гг., Зеленоград можно будет назвать «советской Кремниевой долиной» — конечно, с некоторыми оговорками.

Оговорка первая: речь тогда шла исключительно о государственном производстве, частное производство микросхем в СССР было немыслимо просто по определению. Соответственно, экономическая основа у наукоградов в Зеленограде и вокруг Санта-Клары была разной: гиганты IBM, Intel или AMD — это частные компании.

Оговорка вторая: несмотря на усилия Министерства электроники, отставание от США становилось с каждым годом все заметнее. Многие микросхемы, производимые в СССР, попросту копировались с зарубежных — в итоге это даже приводило к курьезам, когда на микропроцессоре CVAX американские разработчики даже оставляли послание советским коллегам на ломаном русском языке. По мере того как сложность схем возрастала и их отдельные компоненты делались все меньше и меньше (плюс располагались не в один слой, а множеством слоев друг над другом) — процесс копирования чужих решений все замедлялся. Купить же готовые схемы легально зачастую оказывалось невозможным — микроэлектронные компоненты Союзу попросту не продавали из-за эмбарго.

К 1990-м гг. звезда Зеленограда закатилась вместе с госзаказами. Но полностью производство там не развалилось. Сейчас преемником НПО «Научный центр» является центр компании «Ситроникс», где по-прежнему производят микросхемы: пусть и не процессоры для персональных компьютеров. Радиационно стойкие компоненты для спутников (выдерживают жесткую космическую радиацию), комплектующие для военной техники, чипы для проездных на метро — Зеленоград как центр микроэлектроники вовсе не исчез. На сайте завода «Микрон» есть и открытый [раздел вакансий](http://www.mikron.ru/career/- инженерам-технологам обещают платить «до 30 000 руб.».

Вступайте в группу Новости города Новокузнецк в социальной сети Вконтакте, чтобы быть в курсе самых важных новостей.
Евгений Насыров, Алексей Тимошенко
gzt.ru

всего: 992 / сегодня: 1

Комментарии /0

Смайлы

После 22:00 комментарии принимаются только от зарегистрированных пользователей ИРП "Хутор".

Авторизация через Хутор:



В стране и мире