Тайский пленник Анатолий Вдовиченко: «Пока был в рабстве, жена вышла замуж» (ФОТО)

Тайский пленник Анатолий Вдовиченко: «Пока был в рабстве, жена вышла замуж» (ФОТО)

В стране и миреВ стране
Одессит, проведший в рабстве в пригороде Бангкока 14 лет, рассказал «Сегодня», как он попал в Таиланд, о кошмарах плена, опасном хозяине, а также почему не может улететь на Родину прямо сейчас.

Анатолий Вдовиченко, месяц назад освобожденный в Таиланде из неволи, в которой провел долгих 14 лет, назначил нам время и место встречи: поздним вечером у супермаркета «Теско Лотус» на одной из оживленных улиц тайской столицы — дороге короля Рамы IV. Он признался, что проверял, действительно ли журналист «Сегодня» — тот, за кого себя выдает, или бывший хозяин, на которого батрачил, пытается подослать посредника для торгов, а то и киллера, чтобы расправиться...

Как мы выяснили, Анатолий приехал работать в Таиланд в 1996 году, но уже через пару месяцев у него забрали паспорт, лишили заработков. Улететь домой не было возможности, хозяин «кормил завтраками», обещая выплатить все долги, и пугал, что лишит всего или посадит на всю жизнь в тюрьму, если Вдовиченко попытается уйти от него. Общаться по телефону с родными Анатолий не имел возможности, и, боясь за свою жизнь, не решался бежать или обратиться к нашим дипломатам... Лишь благодаря тому, что его близких разыскали братья-бирманцы, с которыми Вдовиченко батрачил на хозяина, удалось начать процесс по его освобождению. Об истории украинца узнали местные журналисты — о нем сняли сюжеты и написали в газетах. Наши дипломаты благодаря этому резонансу узнали о Вдовиченко и вызволили его из плена.

— Еще в 1999 году (на третьем году рабства, — Авт.) я написал письмо — вот оно. Я тогда решил оставить эти записи — если что-то случится, люди узнали бы о моей истории. Из письма: «Я, Вдовиченко Анатолий Алексеевич, прибыл в Таиланд в апреле 1996 года в служебную командировку на 3 месяца по приглашению фирмы «Комбитекс Корпорейшн», являвшейся агентом по продаже кислородного оборудования одесского завода «Кислородмаш»... Цель командировки — оказание инженерных услуг и помощи при эксплуатации кислородных установок, поставленных в Таиланд и пущенных в работу... В июле 1996 года я получил тяжелую производственную травму — ожоги лица и правой руки... Это произошло накануне возвращения домой, и я не смог вернуться.

Еще до травмы я получил предложение работы на фирме, которой владеет мистер Сатта Пансак. Было заключено устное соглашение, где оговаривались следующие условия: ежемесячная зарплата 30 тысяч тайских бат (ныне эквивалент $1000. — Авт.), предоставление жилья и автомобиля в личное пользование, расходы на оформление визы и оказание медпомощи на период работы за счет работодателя. Я согласился. Но зарплату в полном объеме я получил только за первые 3 месяца работы. Далее г-н Пансак стал уклоняться от выполнения обязательств, хотя заверял, что я получу деньги. Время от времени он платил некоторую сумму, достаточную для питания, но не более...

Оборудование, работающее 24 часа в сутки, изнашивается, средства на текущий ремонт не выделяются, поэтому неизбежны поломки. В случае серьезных повреждений машин производится ремонт со скандалами и угрозами в мой адрес. При этом мои рекомендации игнорируются. Запчастей нет. Пансак обманывает всех и вся.

Обманутым оказался и я, но не первым и не последним. Год назад, в феврале 1998-го, было оформлено разрешение на работу. Пансак попросил мой паспорт для решения формальностей. С тех пор я паспорта не видел, а когда просил возвратить, получал уверения, что он в полном порядке и сохранности.

На сегодняшний день я не имею денег на питание и опасаюсь за свой паспорт. Думаю, Пансак не возвращает его, во-первых, потому что не продлевал визу, во-вторых, спекулируя на отсутствии у меня паспорта, надеялся, что буду работать и без жалованья, а если продолжу требовать их, он скажет, что паспорт утерян, денег нет, и власти не станут разбираться... Я беспокоюсь за свою жизнь, так как этот человек способен на любую подлость, лишь бы избежать выплаты долгов — угрозы уже были...».

— Это письмо даже не подписано, на нем нет даты...

— Но оно действительно написано в 1999-м. Я специально прихватил его, чтобы долго не рассказывать, и вы все поняли...

— Мы наводили справки на предприятии, где вы работали до отъезда в Таиланд, и услышали, что это не была служебная командировка, и вы чуть ли не по собственной инициативе сюда прибыли...

— Не знаю, почему они так говорят. Я работал на заводе «Кислородмаш» в отделе эксплуатации, затем — в отделе внешнеэкономической деятельности. Были бумаги, приглашения...

— И вы вполне легально прибыли в Таиланд?

— Конечно. У меня была виза, и Пансак боялся упустить такого специалиста. Он хотел заставить меня остаться, чтобы я попал в зависимость, и паспорт забрал, и зарплату перестал выдавать. Угрожал расправиться, стрелял из пистолета в воздух. Психологически тоже давил. Очень тяжело вспоминать об этом. Я чувствовал себя неполноценным, будучи не в состоянии помочь себе и оставшейся в Одессе семье. Старшая дочь тогда училась в университете, младшая в школе. Они нуждались в поддержке, помощи... Я впал в депрессию, все чаще приходили мысли о самоубийстве. Настоящее было сплошным кошмаром. Будущего не было вообще. В таком состоянии я находился очень долго. Ни с кем нельзя было даже поговорить нормально. Это сейчас я мало-помалу начал отходить, а тогда — страшно вспомнить...

— Связи с семьей никакой?

— Пока были деньги, звонил... Потом Пансак запретил пользоваться телефоном, и связь прервалась...

— Вы были напрочь изолированы от внешнего мира?

— У меня было всего пару книг на русском языке. Одна из них — рассказы Сомерсета Моэма. Обе я много раз перечитывал. Это была отдушина. Но Пансак их порвал. Был еще коротковолновой приемник — он разбил его...

— Что по приемнику слушали?

— «Голос России», «Немецкую волну»...

— Но были в курсе каких-то событий в Украине?

— Очень поверхностно. Что-то слышал об «оранжевой революции», но почему ее так назвали, не понимаю.

— Что представляет собой фабрика, где работали?

— Было две фабрики. Одна в Бантли, пригороде Бангкока, другая — на севере тайской столицы. Я построил еще одну, как бы секонд-хенд. Пансак не запустил бы ее сам — там был практически металлолом, никакой документации. Но я ее ввел в эксплуатацию, и Пансак убедился, чего я стою и что за меня надо держаться. Он и ухватился, как клещ.

— Что на этих фабриках выпускается?

— Кислород. Оборудование работает круглосуточно, 24 часа. И наполняет баллоны кислородом. У нас синие баллоны, а у тайцев черные. Используются в медицине, а также для сварки, резки металла, в других отраслях. Бизнес очень прибыльный. Сырье — воздух. Расходы — только на электроэнергию и транспорт.

— Сколько людей было на фабриках?

— Легально — только водители. Остальные работали нелегально. На фабрике в Бантли — человек 50. Пансак потом ее продал, взял кредит и построил новую. Но при этом уклонялся от уплаты налогов.

На фабриках, кроме вас, трудились еще и бирманцы, которые помогли вам оказаться на свободе, а кто еще?

— Еще было несколько тайцев. Мой рабочий день длился 12 часов. Но и в остальное время я должен был контролировать производственный процесс, чтобы устранить возникшую поломку. А Пансаку было все мало. Он понимал: остановится производство — все полетит кувырком...

— Своей стрельбой он только пугал или мог расправиться по-настоящему?

— Он очень подлый и способен на все. Сам бы пачкаться не стал. Но нанять киллера в Таиланде не сложно...

Бежать не пытались?

— А смысл? У меня ведь не было документов, а если бы и были, то виза в паспорте просрочена, и никто не стал бы разбираться, чья в том вина. Я боялся полиции — кто бы мне поверил? Это сейчас у меня поддержка наших дипломатов. А тогда я думал, что умру на чужбине, и никто никогда об этом не узнает. Как не тронулся умом, не спился, сам удивляюсь. На душе было невероятно тяжело. И выхода я не видел. Все носил в себе.

— Общались с другими рабочими?

— Пансак этому препятствовал. У него были доносчики, следившие за каждым моим шагом. Но я подружился с двумя братьями-бирманцами Винном и Джонни. Они хорошо ко мне относились, называли uncle — дядей. А я их учил английскому. Пансак выделял мне небольшие деньги только на еду — по 500, 1000 бат в неделю... Из этих сумм я стал потихоньку откладывать на мобильный телефон... Когда бирманцы уходили от Пансака, то записали мой одесский адрес. Мол, вряд ли еще увидимся, но вдруг удастся чем-то помочь...

— Почему братьям удалось уйти, а вам нет?

— Им Пансак хоть что-то платил, а мне — лишь на питание. И документы у них были. И их отпустили. У меня уже был мобильный телефон. И Винн сказал, что напишет моей семье... Прошло время. Вдруг он звонит: «Через полчаса жди сюрприз». И действительно — скоро раздался звонок... И в трубке — русская речь. И голос моей младшей дочери Марины... Я чуть с ума не сошел. Не верил ушам...

— Что чувствовали тогда?

— Словно гора с плеч свалилась. Все, о чем я думал и что пережил, и что копилось день ото дня, год от года, поперло наружу... Я словно сдвинул камень с могильной плиты, под которой находился...

— А что первым делом сказала Марина?

— Спросила, почему я не подавал о себе вестей. А когда я рассказал о своих злоключениях, ответила, что постарается помочь решить проблемы, связавшись с посольством, другими инстанциями...

— Запомнили дату, когда она звонила?

— Это был день моего рождения — 29 октября 2010 года.

— Но до вашего освобождения было еще далеко!

— Как я потом узнал, меня начали искать через украинскую милицию, Интерпол, МИД... А в начале декабря мне позвонили из посольства Украины в Таиланде. Консул Константин Иващенко связался с моими родными, и они дали мой номер... Я предупредил Иващенко, что от Пансака можно ожидать что-угодно: и наркотики подбросит (в Таиланде за это грозит смертная казнь), и преступником сделает. Константин успокоил, что все будет хорошо. И стал действовать уже по дипломатическим каналам...

— Изменил ли Пансак отношение к вам после того, как с ним побеседовал Иващенко?

— О да — он испугался. Рыл яму мне, а угодил в нее сам. Он теперь не знал, как быть и что делать. Как отдавать паспорт, если там просроченная виза? Как не заплатить мне все, что положено? Как избежать ответственности, если буду настаивать на выплатах и компенсациях?

— И как вопросы решались?

— Опуская подробности, о которых пока не стоит говорить, замечу, что Пансак пускал в ход обман, фальсификацию, предлагал дать расписку о суммах, которые я не получал, консультировался со своими адвокатами, прятал меня в одном из принадлежащих ему домов, пытался не допустить огласки скандала. Но в конце-концов вынужден был отдать паспорт и часть денег... С паспортом я поехал в наше посольство, где выдали временный документ — удостоверение о возвращении в Украину...

А потом обо мне написала газета «Бангкок Пост». Тайское телевидение сняло сюжет. Его увидел мой знакомый по имени Чарат, с которым мы много лет назад работали на компанию «Сиам Стилл Синдикейт» в Индонезии и Таиланде. У Чарата есть друг в департаменте спецрасследований — он попросил его подключиться... Так моей историей занялись тайские правоохранители, профсоюз рабочих, иммиграционная служба... Мне даже сутки пришлось отсидеть в местной тюрьме — условия там ужасные, врагу не пожелаешь.

— Почему же вы до сих пор в Бангкоке?

— Если уеду, придется распрощаться с мыслью о всей сумме, которую мне должен Пансак.

— О какой точно?

— Я бесплатно пахал на тайского хозяина... Пусть бы заплатил не за 14 лет, которые я провел у него, а хотя бы за 10. Пусть это будет 1 млн бат, или более 30 тыс. долларов (в январе Вдовиченко называл другие цифры — 6 млн бат, что эквивалентно $200 тыс. — Авт.). Ну и билет в один конец. А он не соглашается — говорит, нет денег. Хотя он очень богат. Богат и жаден. Он обещал медицинскую помощь, но я ее не получал, даже когда из-за короткого замыкания получил травмы. Я был в шоке, меня трясло. Лицо почернело, рука — как печеная картошка. Обручальное кольцо пришлось разрезать. Врачи, увидев ожоги, оставляли под капельницей до утра, но Пансак запретил... Я здесь почти все зубы потерял, десны опухли, это как цинга... Я незлопамятный, и плохого ему не желаю, но за все нужно отвечать.

— Как думаете, удастся выжать из обидчика хоть что-то?

— Надеюсь. Но Пансак никогда не признает своей вины. И уголовное дело против него еще не возбуждали. А значит, шансов у меня не очень много. Да и не смогу я долго быть здесь.

— Чего вам в Таиланде хотелось больше всего?

— Родной пищи. Лет 5—6 не мог к рису привыкнуть. И к хлебу тайскому — он как вата. Теперь острую еду употребляю спокойно. Но хочу нашей, украинской... У меня мама большая мастерица борщ варить. Зимой красный, летом зеленый. Вот ее борща больше всего хотелось...

— Кем стали дети?

— Старшая — юристом, младшая — стюардессой на круизном лайнере. Сейчас на Карибах.

— У них свои семьи есть?

— Нет, пока не замужем.

— А как супруга ваша?

— Татьяна вышла замуж. Об этом я сам узнал только на днях.

— Не выдержала неизвестности? Не простила молчания, думая, что вы бросили ее и нашли здесь новую семью?

— Я не могу осуждать Татьяну. Она задала один вопрос: «Почему ты не звонил?» Для всех я пропал без вести. А ей нужно было поднимать дочерей. Я не уточнял, когда и почему она вышла замуж. Об этом мне даже мама не рассказала...

— Родители живы?

— Мать — да... Отец год назад умер, не дождался. До последнего верил, что сын жив. Мама молилась за меня, а папа верил.

— О чем мама сказала, когда звонила?

— Плакала... И сестра моя младшая плакала.. И я не мог слез сдержать... Они говорили, что искали меня, а теперь просили быстрее возвращаться.

— Как вы оцениваете то, что произошло: как чудо, случай, удачу?

— Ну как... По сути, я уже заживо похоронил себя. И лишь после телефонного разговора с дочерью почувствовал себя человеком...

— Что помогло выжить, остаться самим собой?

— Наверное, все-таки вера. Был атеистом, а тут стал молиться. Даже медитировал. Интуитивно чувствовал: что-то рано или поздно должно измениться.

— Что бы вы сказали тем соотечественникам, кто тоже оказался за рубежом в непростой ситуации?

— Лучше, конечно, в нее не попадать. Ну а попал — не сдаваться, не дать себя сломать и надеяться на лучшее. Если никому зла не причинил, добро тебя найдет.

— Сами по натуре — добрый человек?

— Не умею отвечать злом на зло. И в этом моя беда.

— Что первым долгом сделаете, вернувшись в Украину?

— Увижу маму, дочерей, сестру. Соберу всю родню, она у меня большая.

— Что передать им, пока остаетесь в Таиланде?

— Что обязательно вернусь...

— Я тут вам немного сальца украинского привез...

— Вот это да! Спасибо! Деликатес...

— Книгу не собираетесь писать о себе?

— Скорее бы забыть все, как страшный сон. И начать с чистого листа.

БЫВАЛ В АЗИИ НЕ РАЗ

Имя: Вдовиченко Анатолий Алексеевич
Родился: 29.10.1953

Окончил Одесский институт холодильной промышленности. Работал на заводе «Кислородмаш», как и будущая супруга. Неоднократно выезжал в загранкомандировки, в том числе Индонезию и Таиланд. После этого получил приглашение поработать в Бангкоке. Говорит сейчас: «К тайцам претензий нет — они трудолюбивые люди. Мне просто не повезло с хозяином, который оказался настоящим хамелеоном: чуть что — сладкая улыбка, а истинное нутро — монстр и тиран, и по отношению к самым близким тоже. Во второй раз на те же грабли не наступлю и десятому закажу».

ТОЧКА ЗРЕНИЯ: ПРЕДСТОИТ ПОБОРОТЬСЯ

В истории, связанной с именем Вдовиченко, к сожалению, остается немало белых пятен, — говорит второй секретарь по консульским вопросам посольства Украины в Бангкоке Константин Иващенко. — Начатое было в январе следствие все еще продолжается, и как долго продлится, неизвестно. К бывшему хозяину, который использовал труд Вдовиченко, пока никаких серьезных санкций не применено. Дело находится на особом контроле в департаменте спецрасследований Таиланда и нашем посольстве. Проблема усугубляется тем, что, с одной стороны, Вдовиченко не может находиться здесь долго, а с другой — экс-хозяин заинтересован в затягивании времени. И пока его не признают виновным, он будет уклоняться от выплат. Если же суд признает его вину, получить деньги в порядке гражданского иска станет легче. Однако будет ли выдвинуто и предъявлено обвинение, тоже непонятно. Вдовиченко обратился с просьбой к посольству представлять его интересы в уголовном и гражданском процессе. Увы, юридические вопросы решаются не так быстро, как хотелось. Но если Вдовиченко готов идти до конца, требуя максимально возможной выплаты причиненного ему материального ущерба и компенсации за моральные издержки, предстоит серьезно побороться...
Источник: Сегодня


Фото /2

1
2
Подписывайтесь на наш Telegram, чтобы быть в курсе самых важных новостей. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке и нажать кнопку Join.
Александр Ильченко
topnews.ru

всего: 1490 / сегодня: 1

Комментарии /7

07:2525-02-2011
 
 
Читатель
Хохол попал в просак!

07:5125-02-2011
 
 
Че то чешет он....фуфло гонит

07:5925-02-2011
 
 
бред бредовый
видать так хотел домой Чё-то видать с работодателем рамсанул, вот и решил повыёживаться

08:3625-02-2011
 
 
Bulka
История неправдоподобная. Год живу в Таиланде, поэтому рассуждаю не голословно.
1. Он жил на окраине Бангкока, и довольно свободно перемещался. А не сидел на цепи в джунглях, куда добираться надо по тайным тропкам. Очень напомнило репортажи о бомжах, что живут на вокзале в МСК, а к себе во Владимир годами добраться не могут.
2. Звонок в Россию стоит 5 рублей минута. Хотел бы - позвонил давно.
3. Обратись в полицию с заявлением, тебя депортируют на родину без проблем.
4. Приди в посольство - зачем 14 лет ждать??
5. Интерпол его искал, хаха. Мобильный у него был, правильно? Напиши СМС с адресом где ты, сообщи родным!

Единственное логичное объяснение - это деньги, которые он все-таки надеялся и надеется получить за все эти годы. Хотел бы - давно бы сбежал на родину, и сейчас бы не сидел, не ждал. Когда кто-то действительно в плену, его держат в яме и требуют выкуп. Я вижу, что человек сам сидел на месте и не пытался уехать. А тупо надеялся дождаться денег. Что ж, мошенники всюду есть. Мне бы, думаю, тр

08:3725-02-2011
 
 
Читатель
Что ж, мошенники всюду есть. Мне бы, думаю, трех месяцев хватило бы, чтобы понять, что ловить нечего, надо плюнуть и забыть про деньги. И ехать домой.

08:4925-02-2011
 
 
Читатель
не фиг работать на чужую страну! так и надо!

12:1825-02-2011
 
 
Еврейский юдофоб
8:36 полностью прав.
За 14 лет "рабства" мне бы было пофиг на деньги. Просто хочет выжать денег. Мне вот интересно почему после "освобождения" его не депортировали на родину как нелигала?!

Смайлы

После 22:00 комментарии принимаются только от зарегистрированных пользователей ИРП "Хутор".

Авторизация через Хутор:



В стране и мире