У нас не забалуешь - у нас не забастуешь!

У нас не забалуешь - у нас не забастуешь!

В стране и миреПолитика
Проведение стачек упростят, но лишь для того, чтобы жёстче за них наказывать

Министерство здравоохранения и социального развития РФ готовит документ, который существенно упростит проведение забастовок. Сейчас процедура обставлена столькими запретами, что легитимно прекратить работу практически невозможно. О намерении партии власти «облегчить» её объявление заявлял и замсекретаря президиума генсовета «Единой России» Андрей Исаев. Но либерализация скорее всего обернётся ужесточением законодательства. «Наша Версия» выяснила, каким образом властям удастся реализовать это парадоксальное решение.

По официальным данным Росстата, в 2010 году в стране не было ни одной забастовки, а в 2009-м всего одна, да и в той участвовали лишь 10 человек. Разве сравнить с цифрами недавних лет: так, в 2005 году по стране было зафиксировано 2575 стачек, в которых участвовали 84,6 тыс. человек! Причина столь разительных перемен отнюдь не в благостном умиротворении отношений работодателей и их подчинённых, а в тех драконовских поправках в Трудовой кодекс (ТК) РФ, которые были приняты несколько лет назад. И именно поэтому те немногие, кто решил отстаивать свои права, оказались вне закона. За 2009–2010 годы суды удовлетворили 68 исков о незаконности проведения таковых, а полиция и прокуратура регулярно преследуют профсоюзных активистов.
                                     
«процедура объявления забастовки на российских предприятиях должна быть облегчена, необходимо двигаться в том направлении, которое существует в трудовых отношениях на Западе»
 
Председатель Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР) Михаил Шмаков отмечает: «Росстат замалчивает данные о забастовках, постольку многие из них не отвечают требованиям де-юре, и получается статистика такой же гламурной, как и экономика». Ведущий специалист Центра социально-трудовых прав Пётр Бизюков отмечает: «Наша страна всё больше становится королевством кривых зеркал, где реальные вещи могут не отражаться, как будто бы их нет. Ситуация с забастовками именно такова. Если работники морга в знак протеста против низкой зарплаты отказываются выдавать тела усопших и оформлять свидетельства о смерти – это что? Или когда бригадир залезает на стрелу подъёмного крана, останавливается вся стройка, и он заявляет, что не слезет с крана до тех пор, пока всей бригаде не выплатят задержанную за несколько месяцев зарплату? Или несколько тысяч дальнобойщиков по всей стране останавливают свои машины вдоль дорог в знак протеста против повышений цен на топливо и сигналят, обращая на это внимание проезжающих? В 2010 году зафиксировано 205 протестных акций, из них 88 – это забастовки. Растёт количество внешних акций – конфликты, возникающие на предприятиях, выползают наружу, кругов по воде всё больше».
                                     
По словам замминистра здравоохранения и социального развития РФ Александра Сафонова, «процедура объявления забастовки на российских предприятиях должна быть облегчена, необходимо двигаться в том направлении, которое существует в трудовых отношениях на Западе». По словам президента Федерального профсоюза авиадиспетчеров России Сергея Ковалёва, «упрощение формальных требований к забастовщикам поможет наладить партнёрство работодателей с трудовыми коллективами в интересах всего общества, ведь сейчас все понимают, что легальную забастовку провести практически невозможно».
                                     
Однако бесплатный сыр, как известно, лежит только в мышеловке. То же относится и к «гуманным веяниям» чиновников. Тот же замминистра Сафонов говорит об одновременном ужесточении наказания профсоюзов, «если забастовка не связана с экономическими интересами, а определяется политическими соображениями». Вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин считает, что инициатива Минздравсоцразвития лежит в рамках общей политики властей – не допустить политизации экономических конфликтов в преддверии выборов. Профсоюзный лидер Ковалёв считает: «Отделить экономические и неэкономические требования часто невозможно. Например, если трудовой коллектив требует заменить руководителя предприятия, то это можно истолковать как политическое требование, хотя на самом деле оно имеет чисто экономическое основание». С ним согласен и секретарь ФНПР Александр Шершуков: «Некоторые экономические требования можно интерпретировать как политические или как разжигание социальной розни – например, когда профсоюзы критикуют уровень социального расслоения в стране».
                                     
По словам Ковалёва, российские правоохранители уже пытались обвинить профсоюзы в экстремизме. Если же закон установит новые санкции к профсоюзам за неэкономические требования, то это, дескать, может быть использовано как инструмент давления на рабочее движение. Опыт уже имеется. Например, когда самарский альтернативный профсоюз АвтоВАЗа потребовал от руководства компании повышения зарплаты с 7 до 25 тыс. рублей в месяц, оно назвало забастовку попыткой политической дестабилизации накануне выборов…
Вступайте в группу Город Новостей в социальной сети Одноклассники, чтобы быть в курсе самых важных новостей.
Игорь Дмитриев
versia.ru

всего: 881 / сегодня: 1

Комментарии /0

Смайлы

После 22:00 комментарии принимаются только от зарегистрированных пользователей ИРП "Хутор".

Авторизация через Хутор:



В стране и мире