до юбилея
282 дня
 
Куда податься?

Куда податься?

В стране и миреВ мире
Подобно большинству русских литераторов, склонных, как известно, к крайностям, я нередко впадаю в меланхолию, начало которой сопровождается обычно следующими словами: «А, провалитесь вы тут с вашей Рашкой, не могу больше!» Не то чтобы я хотел уехать насовсем. Но на пару-тройку лет – вполне. Нет сил больше выносить мумифицирующегося на глазах Путина, зоологическую «Единую Россию», но главное – видеть безразличие населения, эту обреченность и неизменную надежду на «авось». Заведешь с кем разговор, а в ответ слышишь: «А я чего? Да я ничего. Мне что, больше всех надо? Все равно ничего тут не изменится. И вообще – я Родину люблю…» И тут же еще ловишь на себе укоризненные взгляды – мол, ты-то кто такой, чтобы смуту наводить, вертикаль нашу державную пошатывать и говорить о великих людях непотребные вещи?

Нет, уж лучше податься в какую-нибудь Черногорию; там скромную, но вполне достойную квартиру на берегу моря можно приобрести в 7-10 раз дешевле, чем они стоят в Москве, тем более, что столица наша в последнее время все больше походит на Душанбе. Вот не собираетесь ничего менять, так терпите, а я уж как-нибудь без вас… Но это, разумеется, только настроения. Хорошо было русским писателям в ХIХ веке, жили себе за границей, получая доход от поместий, и горя не знали, писали вдоволь, кутили тоже немало, одно удовольствие, приятное с полезным, как говорится. Теперь не то, если не имеешь акций какого-нибудь «Газпрома», то кому ты нужен за границей? Ни сам ты, ни твое творчество никому там не интересны. Ты же едешь в статусе писателя, а кто в Европе или Америке ждет русских писателей?

Можно, конечно, попробовать устроиться на радиостанцию «Свобода», строчить репортажи об ужасах нашей действительности, многовековом рабстве русского народа и тоталитарно-лагерных нравах. За это будут платить, награждать, и со временем ты превратишься в Алексея Цветкова (старшего), или, что еще страшней, – в какого-нибудь Савика Шустера. Но разве об этом мечты амбициозного русского литератора? Ну не за колбасой же ехать, черт возьми… Замкнутый круг какой-то. На Родине совершенно невмоготу, но и за границей ничуть не лучше. Здесь, по крайней мере, ты не ощущаешь себя второсортным, а там?

Смотришь на некоторых бывших наших соотечественников и удивляешься – что ж вы за люди такие, если здесь вам мешало «рабство», а там вы просто из кожи вон лезете, чтоб заверить новую Родину в своей преданности, благонадежности и ненависти к нам, убогим. Не это ли первый признак самого обыкновенного рабства и раболепства? Вы и есть те самые холопы, о которых с такой брезгливостью отзываетесь. Нет ничего омерзительнее лакея, выдающего себя за господина. И вовсе не мы, не Россия и даже не советская власть виноваты в ваших многочисленных неудачах по жизни, в том, что вы оказали не востребованы на том же Западе, а исключительно вы сами. Вы выбрали свою судьбу, так что отвяжитесь уже от нас, наконец. Мы уж как-нибудь сами тут разберемся. А если и не разберемся, то все равно это только наша проблема.

Год назад написал я резковатую рецензию на посмертную книгу одной малоталантливой поэтессы. Очень она не любила Россию, о чем при жизни постоянно говорила друзьям и знакомым. В итоге уехала в Америку, где и умерла, а нам теперь ее вирши навязывают как некое откровение. Меня тогда обвинили в том, что я-де не знал биографии этой выдающейся личности, не прочувствовал ее боли, не смог понять глубину ее философии, восходящей к Чаадаеву, Печерину, Герцену. В основном ругали меня деятели, чьи поступки и убеждения мало чем отличаются от тех, коими известна была покойная поэтесса. Ну да ладно, если уж речь о доскональном знании предмета, то приведу, пожалуй, другой пример.

Живет в пригороде Торонто некая Елена Данилова. Посетители Рунета знают ее не по творчеству (об этом смешно и говорить всерьез), а по скандальным заявлениям, оскорблениям и проклятиям, которыми она одаривает всех подряд. Делает она это для того, чтобы любой ценой привлечь к себе внимание, но и, разумеется, не обошлось тут без психического расстройства. То пишет, что занимается сексом со своими сыновьями, то вдруг ополчается на российское быдло, которое не видит уже 20 лет, разве что в зеркале, то вдруг проникается белогвардейскими настроениями, сочиняя романсы в духе Звездинского. Но, конечно, сочиняет и современную гражданскую лирику, вот такую, например: «Мне русской быть не суждено, / Поскольку русские – говно!» В блогах и на форумах она еще более откровенна; зажав нос, все же процитирую несколько недавних перлов: «Вы совсем О…ЛИ от виртуальной жизни (которая полностью заменила вам реальную), но я, слава Богу, не в России, а на Западе.. И последнее слово именно за ним...», «Я прекрасно обхожусь без России, и не тянет даже в нищету и маразм. Я получила на Западе прекрасное образование, которое позволяет мне жить безбедно (по мне видно). В сегодняшней России люди ненавидят друг друга, потому что очень плохо живут...», «Нах мне такая «Россия»? КОМУ ВООБЩЕ ОНА НУЖНА? Сам Господь скоро не выдержит вашего дерьма, поэтому вы так боитесь «конца Света».

Замечательно, правда? Можно подумать, что это действительно успешная женщина, живущая в достатке и не имеющая никаких проблем, ну разве что излишне экзальтированная. Увы, все совершенно иначе. Инвалидность, пенсия по болезни, надвигающаяся старость. Но каков напор! Поскольку дамочка пристально следит за всем, что происходит в моей личной жизни, она не забывает прокомментировать то или иное событие. Стоило мне слетать на Кубу, как тут же выяснилось, что на приличные курорты у меня нет денег, и выбираю я места, куда ездит только голытьба. Вообще-то Куба – довольно дорогой курорт для россиян; это не Турция, где я, кстати, не был ни разу. Но характерен здесь один момент.

В кубинском аэропорту мне бросилось в глаза немалое количество канадских рейсов: Оттава, Монреаль, Ванкувер, Торонто. Дело в том, что Куба – излюбленное место отдыха канадцев, которые составляют тут чуть ли не ¾ всех туристов. Именно потому в аэропортах Кубы штамп ставят не в паспорт, а на билет – чтобы граждане Канады в дальнейшем могли беспрепятственно въезжать в США. Но наша всезнающая героиня об этом понятия не имеет. За 20 лет жизни в Канаде она не только не выучила английского или французского – она вообще вне канадской действительности. Чем живут люди на ее новой Родине – для нее такая же загадка, как для среднестатистического россиянина. Старея и все больше помрачаясь рассудком в русском гетто, она занята только тем, что пререкается с кем-то на российских сайтах и рассказывает о своем благополучии. История печальная, но весьма показательная.

И раз уж речь зашла о Канаде. Есть в ЖЖ такой журнальчик – «Наша Канада» называется. Это такое представительство в блогосфере одноименного издания. Вы думаете, что в этом журнале пишут о канадцах, о русских эмигрантах? Сильно ошибаетесь. Основной темой там является Россия. Анонимные блогеры, по собственному признанию которых «русских среди нас нет», ведут эту страничку, публикуя «разоблачительные» материалы о России. Казалось бы, ребята, вы уехали, так живите своей жизнью. Вам здесь не нравилось? Так будьте счастливы в своей Канаде, вы же тоже сплошь богатые и успешные. Что вам эта несчастная Россия? Нет, не успокаиваются, борются против кровавой гэбни и тоталитаризма, осуждают нас за бездействие и покорность, стыдят, злорадствуют по поводу любой неприятности, происходящей в нашей стране. Покой им только снится.

А это Бостон. США. Здесь живет посредственный стихоплет Григорий Марговский. Известен он не стихами, а своей борьбой с антисемитизмом. Боролся повсюду – в школе, в армии, в университете, в Минске, в Москве, но проклятые мракобесы прятались у него под кроватью и вопили «Бей жидов!» В итоге он эмигрировал в Израиль, но и там нашел антисемитов и вынужден был спасаться бегством в США. Как с этим дело в Америке – боюсь и думать. Наверное, и там его преследуют. Но вот что он пишет критику Владимиру Бондаренко: «Когда вашу нацистско-русскую уё…скую страну вые…ут в ж…пу, а потом в рот — тогда и поговорим. На литературные темы. Ок?» Впрочем, подобные вещи, в которых красной строкой проходит сексуальная тема, он пишет многим русским писателям. При этом считает необходимым ставить свою подпись под коллективным письмом с требованием отставки Путина. Какое дело профессиональному борцу с антисемитизмом до нынешней России, до Путина?

Это я могу ругать Путина и выражать недовольство его политикой, поскольку у меня, как у гражданина своей страны, есть к нему немало претензий, но этим-то что надо? Вот смотришь на всех этих квази-солженицыных, и вдруг понимаешь, что никогда не смог бы жить в их среде. Трудно писателю вне родного языка. Кто-то адаптируется, а я бы, наверное, не смог. А там, где этот язык присутствует даже в минимальном количестве, уже давно копошатся стаи обозленных мокриц и каракатиц, которые считают своим долгом «разоблачать» и поливать грязью все русское. Сучат своими житомирскими лапками, поводят питерскими хоботками, вращают одесскими щупальцами. И день и ночь строчат пасквили в Интернете все эти демьяны фаншели, артуры кальмейеры, елены даниловы. Думаете, им Путин не нравится? Да они бы и Обаму костерили, стань он президентом России. Это уже не лечится. Это – патология.

Получается, что дома плохо, а там, где меня нет, – еще хуже. Что же остается? Внутренняя эмиграция? Выдуманный мир? Как бы не так. Русская классическая литература считается исключительно правдивой и реалистичной. Не знаю, почему, но так уж повелось. Между тем, немногие обращали внимание на то, что, собственно, с реальностью у нее мало общего. Это скорее фантазии писателей на тему «Какой бы я хотел видеть свою страну». Городничий в финале «Ревизора» посрамлен, Чичиков в конце первого тома «Мертвых душ» разоблачен и настолько потрясен случившимся, что во втором становится на путь исправления. Печорин и Онегин – лишние люди, и уже тем наказаны. Проститутки в России – в основном одухотворенные особы (хотя Куприн был другого мнения) типа Сонечки Мармеладовой, которые так и тянутся открыть кому-то душу. И открывают людям вроде Раскольникова. Тот, в свою очередь, сам терзается и кается после убийства старухи. И граф Неклюдов, соблазнивший Катюшу Маслову, тоже кается. Словом, справедливость если не торжествует, то на подходе к торжеству. А соответствует ли все это действительности, насколько соотносится с нашим бытием? Я не об отдельных случаях, которые вполне могли иметь место в жизни, но скорее о психологии русской, в которой разговор о правде подменяет саму правду. Не миф ли все это, не хитроумная ли уловка сочинителей, придумавших от безысходности и «загадочную русскую душу», и многое другое?

Странное это несоответствие я обнаружил после окончания школы, когда, вооруженный и накачанный знаниями, вступил в жизнь. На первых порах я, сколько себя помню, порой выглядел князем Мышкиным (и тут без литперсонажа не обошлось), потому что все то, что я читал в книгах, оказалось слишком далеким от реальности. Поступки мои были безупречны с точки зрения отечественной классики, но приводили в недоумение и даже пугали многих людей, которые стали относиться ко мне с опаской. Извечные русские вопросы, якобы стоявшие перед обществом, никого в моем окружении не терзали. Да и вне этого окружения тоже. Ощущение одиночества и принадлежности к какому-то параллельному миру не покидало меня до тех пор, пока я, наконец, не стал здраво смотреть на вещи, запасшись желчью и цинизмом. А литература – это только чтение. Можно, конечно, восхищаться чудиками Шукшина, умиляться портретами деревенских жителей, которые он создал, а многим ли из нас приходилось жить в провинции? Там, где начав беседу о чем-то кроме водки и погоды, рискуешь напороться на вопрос: «Ну ты че, сукабля, умный, да?»

Мы привыкли верить в то, что Россия – сфинкс. Что, ликуя и скорбя… Как де, как же, читали-с. А, может, и нет тут никакой загадки-то? Это писатели – фантазеры, а вот люди дела видели совсем другую картину. Известный террорист Борис Савинков, публиковавший неплохую прозу и стихи под псевдонимом В. Ропшин, довольно язвительно отзывался о «народе-богоносце», который «либо раболепствует, либо бунтует; либо кается, либо хлещет беременную бабу по животу; либо решает «мировые» вопросы, либо разводит кур в ворованных фортепьяно». И, увы, был куда более прозорлив в своих выводах, чем многие прославленные классики.

В наши дни все это стало кричаще очевидным. Обратите внимание – в нынешней литературе нет героя. Ну, разве что главный персонаж прилепинского романа «Санькя», которому нужно больше других, но – не для себя. Однако исключения, как мы знаем, только подтверждают правила. Герой никому не интересен, не нужен. Часто он смешон и карикатурен – не потому, что таковым является на деле; просто его таким видят. Изменилось отношение к литературным персонажам – оно стало потребительским, а не благоговейно-восторженным, как прежде. Литература перестала быть тем местом, где можно спрятаться от действительности, отмахнуться от насущных проблем мантрами о «загадочной» душе или характере. Не только читатели, но и сами писатели уже не верят в ту заоблачную Россию, какой мы привыкли ее считать. Дирижабли нерентабельны.

Поэтому, задумываясь на тему «Куда податься?», перебрав различные варианты, вдруг понимаешь, что деваться-то на самом деле некуда. Ни в богоспасаемом и супердуховном Отечестве, ни на загнивающем (сколько лет гниет-то!) Западе, ни за туманной занавесью словесности – нигде не обрести душевного спокойствия и равновесия. Остается разве что покончить самоубийством, если уж совсем все достало. А если есть еще охота пожить, то и рефлексировать особо не нужно. Мы, русские, умеем много гитик. Традиционные самокопание и саморедство чего стоят. Да и правдоискательство в придачу. Хотя, правдоискательство это тоже своеобразное – о справедливости мы вспоминаем уже после того, как совершается беззаконие. О том, чтобы упредить это беззаконие, мы почему-то не думаем. Словом, заморочек хватит на каждого. Было бы здоровье…

Вступайте в группу Город Новостей в социальной сети Одноклассники, чтобы быть в курсе самых важных новостей.

Комментарии /1

09:2916-07-2012
 
 
мужик
Куда пойти?Кудаподаться? Кого найти? С кем побараться?

Смайлы

После 22:00 комментарии принимаются только от зарегистрированных пользователей ИРП "Хутор".

Авторизация через Хутор:



В стране и мире