Выше — некуда

Выше — некуда

В стране и миреВ мире
Россия — страна победившего высшего образования. Количество выпускников средних школ сейчас равно количеству мест в вузах. Фактически все, кто хотят поступить в институт, поступают. Заместитель министра образования и науки Исаак Калина (на фото) объяснил «Огоньку», какие сценарии жизни ждут нынешних абитуриентов

Всеобщее высшее—это достижение нашей страны или проблема для нее?

Это и то, и другое. То, что страна предоставляет своим гражданам такие широкие возможности,—безусловно, достижение. Но это одновременно и проблемы. Современной российской экономике необходима другая структура кадров. В первую очередь сегодня нужны рабочие кадры, в том числе и высококвалифицированные. Технологии, применяемые на многих промышленных предприятиях, в сельском хозяйстве, в строительстве, не всегда требуют человека с высшим образованием. И люди, получившие высшее образование, вынуждены или перепрофилироваться и работать не по специальности, или заниматься работой, требующей более низкой квалификации.

Проблема и в том, что людей с высшим образованием буквально за последние 10 лет стало в два раза больше. Все мы прекрасно понимаем, что того жесткого отбора абитуриентов, какой был 20—30 лет назад при поступлении в вузы, уже нет. И как следствие—увеличение количества первокурсников снизило их качество. Но чем больше студентов—тем больше надо преподавателей, которые тоже в одночасье не появляются. В итоге снизилось и качество преподавательского состава.

Однако я обязан сказать: высшего образования в стране так много, что очень часто встречается и хорошее.

Еще одна серьезная проблема—выпускники вузов не всегда вместе с дипломом получают знания и высокую квалификацию. В результате человек не может устроиться на работу по профессии—просто он мало что умеет. В таком случае чем диплом, полученный в результате пятилетнего пребывания в вузе и не подтвержденный знаниями, лучше купленного в переходе метро? Про диплом, который куплен в метро, хотя бы владелец знает правду и адекватно к нему относится. А те, кто пять лет что-то посещал и ничего не получил, они же сами себя обманывают. Их самооценка, уровень притязаний, амбиции ничем реально не подкреплены, и это трагедия для человека.

Министр сказал, что лишь 15 процентов дипломов гарантируют качественное образование.

В разных вузах все по-разному. Те 15 процентов, которые назвал Андрей Александрович,—это очень самокритично. Но санация некачественного высшего образования нужна.

1 декабря 2007 года был принят закон, утверждающий новую структуру государственных образовательных стандартов, в которой теперь появился раздел «Требования к условиям реализации образовательных программ». Эти требования разрабатываются сообща вузовским сообществом и работодателями. Мы надеемся, что эти новые стандарты станут барьером для лицензирования и аккредитации откровенно слабых вузов.

Более того, я считаю, что должен быть прекращен прием в вузы учеников школ, которые не сдали ЕГЭ.

То есть двоечников в вузы не брать?

Конечно! Некоторые негосударственные вузы, чтобы получить—нет, не студента!—клиентуру, которая заплатит им деньги, берут на сложные, требующие серьезной подготовки факультеты ребят, которые не смогли сдать ЕГЭ даже на тройку.

Так что же делать с плохими вузами?

К ним будут предъявляться более жесткие требования при лицензировании и аккредитации. Думаю, что количество слабых вузов и тем более количество филиалов будет сокращаться.

А кто у нас чемпион по филиалам?

У нас есть так называемые мегауниверситеты. Я бы предпочел, чтобы мегауниверситеты были бы и экстрауниверситетами в плане качества образования. Но эти показатели не всегда совпадают. Например, у Современной гуманитарной академии больше 100 тысяч студентов, у Московского университета экономики, статистики и информатики тоже почти 100 тысяч студентов в разных городах России.

Конечно, филиалы нужны. Свести всех студентов в три-четыре города, а филиалы закрыть было бы ошибкой, и суть не в количественных параметрах. Не должно быть некачественного образования. Я, когда бываю в Калуге, стараюсь побывать в филиале «Бауманки». Он у МВТУ единственный, и коллектив головной «Бауманки» тщательно следит за своим филиалом, помогает ему. Понятно, что обеспечить поддержку большого количества филиалов на таком уровне довольно сложно, и это огромная ответственность для вуза.

А как жить человеку, у которого на руках квазидиплом?

На вопрос, как жить, каждый из нас прежде всего отвечает перед самим собой. Мой совет скорее для тех, кто сегодня выбирает, куда поступать учиться. Ребята должны понимать—чем легче поступить в вуз…

…тем труднее потом искать работу?

И это тоже. Я-то хотел сказать—тем меньше ты потом от этого вуза получишь. В жизни лучше ставить перед собой более высокие планки. Я думаю, что любой студент, пришедший за знаниями и квалификацией, со второго-третьего дня понимает, куда он попал. И если он продолжает там учиться, значит, его это устраивает.

Насколько наш опыт с перепроизводством людей, имеющих высшее образование, уникален? Европа это уже проходила?

Страны по-разному определяют само высшее образование. Нашу систему нельзя полностью сопоставить с европейской или американской системой образования. Во всем мире массовое профессиональное образование короче, чем наше, его можно продолжить на краткосрочных курсах или в магистратуре. А наша уникальность в том, что мы всех абитуриентов берем в 17 лет на определенную специальность, и через 5 лет человек выходит из вуза с дипломом специалиста, но часто еще и с ощущением, что он ошибся в выборе профессии. Отсюда огромное количество людей, получающих второе высшее образование.

Поэтому переход на уровневое высшее образование—это в первую очередь предоставление 17-летнему «ребенку» дополнительной возможности выбора жизненного пути. Поступая на бакалавриат сегодня, он оставляет за собой право через 4 года сделать повторный выбор—пойти ли на работу по специальности, поступить ли в магистратуру по профилю или же сделать маневр в смежные специальности.

Сначала было всеобщее начальное образование. Потом—уже на нашей с вами памяти—всеобщее среднее. Недавно обязательной стала 11-летка. Сейчас де-факто высшее образование стало массовым. Так, может, при поступлении в институт на бакалавриат и экзамен не нужен? Поднимем уровень всеобщего образования еще выше?

Вы знаете, в законе об образовании написано, что высшее образование возможно получить все-таки на конкурсной основе.

Да у нас и поступление в школу на конкурсной основе!

В законе нет такого. Я что хочу сказать: ЕГЭ, который с 2009-го станет обязательным для всех,—это скорее «фильтр грубой очистки», возможность отсечения выпускников школ, абсолютно не готовых к получению следующего уровня образования.

Да, человек не должен ограничиваться только общим образованием. Ни для кого не секрет, что массовый бакалавриат становится в будущем неизбежным. Бороться с этим бесполезно, да и не нужно. Нужно обеспечить, во-первых, его хорошее качество, а во-вторых, чтобы это было не «общее», а профессиональное образование, дающее возможность выбирать—учится он или идет на производство, имея высокую квалификацию.

Но нельзя допустить, чтобы высшее образование было обманом ребят. А слово «всеобщее» вовсе не индульгенция для некачественного образования.

В России образование всегда было социальным лифтом. Сейчас именно благодаря тому, что образование стало массовым, это уже не так. Что еще должно прилагаться к образованию, чтобы оно открывало перспективы?

Не образование само по себе, а качественное образование дает перспективу. Есть масса примеров детей из обеспеченных семей, получивших «плохое» образование и как следствие—массу проблем в профессиональной деятельности. А есть другие примеры, когда ребята из малообеспеченных семей, из сельской местности поступают, проходя очень жесткий конкурсный отбор, в серьезные вузы. Тем более что единый госэкзамен заметно увеличил количество ребят из сельской местности, поступающих в вузы.

Другое дело, что ребенку из малообеспеченной семьи, поступившему на бюджетное место вуза, особенно иногороднему, достаточно тяжело жить. Но постепенно увеличивается стипендия—сегодня она 900 рублей, студент может получать от вуза еще социальную стипендию—1300 рублей, это уже некоторый минимум потребностей закрывает. Есть еще персональные стипендии, которые устанавливают вузы за особые достижения, появились стипендии спонсоров. Начался эксперимент по образовательному кредиту. Кроме того, материнский капитал можно расходовать на обучение ребенка.

И, конечно, есть еще одна вещь—в принципе, студенты всегда подрабатывали, на одну стипендию никто никогда не жил. Сегодня очень важно упорядочить количество аудиторной нагрузки студентов, сократив количество часов, проведенных в аудиториях. Нельзя же получить образование, не выходя из аудитории на производство. Сейчас многие студенты в вузах, где упорядочили нагрузку, работают. Причем чем отличаются студенты XXI века от студентов XX? Наше поколение подрабатывало кем угодно—дворниками, истопниками, грузчиками. А сегодня ребята работают по своей специальности. Есть вузы, где студенты 3—4-х курсов уже трудоустроены, на полставки, на четверть ставки ребята уже заняты на будущем месте работы. Я всегда привожу в пример Уральский горный университет в Екатеринбурге—если там на последних курсах студент не трудоустроен, то считают, что он зря учится.

Конечно, сказать, что студентам легко живется, нельзя. Но если это талантливый, способный человек, если он хорошо учится—есть продуманная система поддержки, есть возможность завершить образование и получить хорошие перспективы на будущее.

А что такое образование для вас? Почему вы пошли в вуз?

В молодости восхищался теми людьми, которые умели убедить других в своей правоте, и считал, что это и есть главный результат образования человека. А сейчас мне все больше представляется важнейшей чертой образованности умение понять правоту другого.

А в вуз я пошел потому, что очень хотел изучать математику. Проводились олимпиады, я в них активно участвовал и побеждал. И мне показалось, что я должен изучать математику. Я часто думаю—если бы олимпиады проводились не только по физике, математике и химии, но и по другим предметам, моя жизнь, может быть, сложилась бы иначе. Возможностей выбора были бы больше. И для создания таких возможностей сегодня мы так активно поддерживаем многомерность олимпиадного движения.

Беседовала ЕКАТЕРИНА ДАНИЛОВА

 

КАК МЫ УМНЕЛИ

1908 — в России вводится обязательное начальное образование на базе земских школ (75 процентов населения было неграмотным). Создается Лига образования, при которой открывается пять всероссийских обществ содействия просвещению.

1919 — ВЦИК принял декрет «О ликвидации безграмотности среди населения России». Закон обязывал всех граждан в возрасте от 8 до 50 лет обучаться грамоте на русском или родном языке. Уклоняющиеся привлекались к уголовной ответственности.

1920 — появились первые пункты ликбеза. Совнарком образовал комиссию по ликвидации безграмотности, которая руководила созданием пунктов ликбеза в городах и селах.

1920 — Ленин подписал декрет «О рабочих факультетах». Рабфаки создавали при вузах, чтобы подготовить рабоче-крестьянских детей, не успевших получить среднее образование, к поступлению в высшую школу. Благодаря рабфакам студентами стали 2 миллиона 327 тысяч человек.

1923 — создается общество «Долой неграмотность!», объединившее свыше 1,2 миллиона человек, которые были призваны помочь открыть пункты ликбеза в отдаленных деревнях и селах.

1925 — принимается закон об обязательном всеобщем начальном обучении, которое продолжалось тогда 7 лет.

1930 — правительство СССР рапортовало о победе над массовой безграмотностью. Согласно данным переписи населения от 1939 года, количество грамотных в стране за 13 лет возросло с 51,1 до 89,7 процента.

1944 — принимается постановление «Об организации вечерних школ сельской молодежи», чтобы дать гражданам  возможность получить полное среднее образование, обязательное для поступления в вузы.

1958 — принимается закон «Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в СССР», согласно которому устанавливается всеобщее восьмилетнее образование.

1972 — принимается  постановление «О завершении перехода ко всеобщему среднему образованию молодежи и дальнейшем развитии общеобразовательной школы», по которому устанавливается 10-летний срок среднего образования. Впрочем, со школой можно было попрощаться и после 8-го класса и продолжить образование в ПТУ.

1990 — с 10 до 11 лет увеличивается срок среднего образования. В школы начинают принимать уже не с 7, а с 6 лет.

2007 — принимается закон об обязательном 11-летнем среднем полном образовании. Закон предусматривает прохождение  трех степеней среднего образования: начального общего, основного общего и среднего полного общего.

Вступайте в группу Новости города Новокузнецк в социальной сети Вконтакте, чтобы быть в курсе самых важных новостей.
Екатерина Данилова
Огонек

всего: 905 / сегодня: 1

Комментарии /0

Смайлы

После 22:00 комментарии принимаются только от зарегистрированных пользователей ИРП "Хутор".

Авторизация через Хутор:



В стране и мире