Не поднятая целина
1955-й: главы из книги Вячеслава Водясова "Неизвестный город N"

1955-й принес много чего нового: 
Первая партия комсомольцев-добровольцев уехала осваивать целину. Дом на площади Маяковского (тогда Предмостной) попал на обложку «Огонька», и тот номер сразу стал библиографической редкостью. Цех эмалированной посуды КМК выпустил первую продукцию. Капитально застроили улицу Ленина. А у пожарных на Школьном проспекте появилось самое большое в Кузбассе депо. Позднее выяснилось, что в новом здании нет воды и борцам с огнем нечем заправлять цистерны, но на фоне всеобщего задора и энтузиазма 50-тых такая «мелочь» просто осталась незамеченой.

В феврале Президиум Верховного Совета официально объявил о прекращении состояния войны между СССР и Германией, а в Сталинск по многочисленным просьбам вновь приехал Кемеровский передвижной планетарий. «Жители Абашева заинтересованы – при полном зале лектор Долгов прочитал лекцию «Полет на Луну», оперируя научно обоснованными фактами, рассеивающими религиозные предрассудки», - писала местная пресса. В 55-том лектору Долгову, вооруженному передовыми идеями марксизма-ленинизма, не составило труда увязать эти вещи в единое целое, а вот современные идеологически неподкованные ученые затруднились бы.Каждый газетный выпуск того года пестрел жалобами на торговлю и заметками типа «Где достать?..» Вставляйте на место многоточия любое, что придет на ум, и не ошибетесь. Сталинцы регулярно сообщали, что невозможно приобрести все - начиная от простой лопаты и заканчивая не менее обыкновенным нашатырем. Кстати, в 55-м нашатырь, вату и скипидар отпускали лишь по рецептам из поликлиники. Из киосков торгующих прессой, весь газетный тираж разбирался менее чем за час. Народный контроль выявил, что «некоторые лица скупают газету исключительно для кульков и обверток», оставляя любителей почитать ни с чем. Постановили отпускать газету по штуке в одни руки. Бумага продолжала оставаться дефицитом, ученические тетради распределялись по спискам, хотя в книжных магазинах полки гнулись от «нужного» чтива типа «Развитие товарооборота в КНР» и «Буржуазная культура на службе империалистической реакции».
Идя навстречу пожеланиям трудящихся, народные, партийные и прочие инспекторы и контролеры, проверили буквально все торговые объекты. Выяснилось, например, что в ресторане «Москва» имеется аж целых четыре жалобные книги, а в столовой №8, что на стыке улиц Суворова и Курако, в обеденное время вместо рассольника и котлет торгуют пивом и водкой. Контролер Госторгинспекции Журавлев в ходе рейда выявил, что «в районе Соколухи есть ларек №7 артели «Рекорд». По внешнему виду и по грязи внутри этот ларек больше похож на стайку, чем на торговую точку. В одну кучу свалены сельдь иваси, лапша и папиросы. Здесь же живет рыжая кошка с котятами». Ларек №7 по представлению Журавлева закрыли. 
10 марта областной совет депутатов постановил, что дети в возрасте от 7 до 15 лет в обязательном порядке должны ходить в школу. Родителей прогульщиков решили либо штрафовать, либо на месяц сажать под замок. Как это постановление выполнялось на деле, пресса, увы, не сообщала.
Ровно через неделю отряд в 130 человек с песнями и транспарантами убыл на освоение целины. Они были первыми! Заявлений поступило около двух тысяч, но комиссия выбрала наиболее достойных и сознательных. Правда, первопроходцев ждали не степи Казахстана, а невозделанные земли совхоза «Тюбский» в Красноярском крае. В старом универмаге открыли специализированный отдел «Товары для отъезжающих на целину и залежные земли». Предъявив талон, будущий целинник мог приобрести по сниженным ценам и безо всяких очередей валенки, хромовые сапоги, лыжный костюм, носки и варежки.Металлург, шахтер, любой другой горожанин – не целинник, такими льготами не пользовался. Невзирая на перевыполнение плана восстановления народного хозяйства, согласно бодрым отчетам чиновников, полки государственных магазинов пустовали. Зато на толкучке купить можно было все. Простенький радиоприемник «Рекорд» стоимостью в 325 рублей уходил из-под полы за восемьсот. Ложь в масштабах государства порождала перекосы в экономике, те в свою очередь провоцировали повальное воровство и спекуляцию, ну, а жажду наживы не останавливали ни тюрьма, ни конфискация нажитого «праведным» и неправедным трудом имущества.

В середине июля английская авиация подвергла бомбардировке кочующих по пустыням далекой Аравии бедуинов. А в Сталинске на Предмостной площади (Маяковского) разобрали старый мост через Абу (между «Октябрем» и краеведческим музеем) и поставили новый из железа, которым мы пользуемся до сих пор. Наводить после себя порядок строители не спешили: «На проспекте Молотова (Маталлургов) зажглись после ремонта фонари, но горели они недолго. Сначала потухла часть из них, а сейчас они вообще не горят. После прокладки кабеля и трассы теплофикации остались ямы, в которые граждане в вечернее время падают. Мусор от строительства снесли к Абе за школу №12, а сам берег превращен в очаг антисанитарии». Минуло полвека, берег Абушки в том месте так и остался народным туалетом под открытым небом или распивочной на свежем воздухе. В редкий день (кроме зимы) не увидишь там умиротворенных граждан, вылезающих из прибрежных зарослей, удачно справивших нужды большие и малые или утоливших жажду общения с зеленым змием. Вот такая еще достопримечательность десятилетиями существует рядом с домом с обложки «Огонька».
В 1955 году скончался Григорий Ефимович Казарновский. Он стал последним, кого похоронили в пантеоне кузнецких металлургов*. А глава страны тем временем отправился путешествовать по миру. В тот год Хрущев и на слонах в Индии покатался, и послушал тиканье лондонского Биг-Бена, и помирился с Югославией, заключив в объятия «американского наймита» Броз Тито**. Мы вновь стали друзьями, и 4 июля в Сталинске впервые показали югославский фильм. Это была детская комедия «Отрубим лапы дьяволу». Жаль, что газета не печатала кинорецензий – название уж сильно заинтриговало.
Подходило к завершению строительство нового, гигантского, в 3 этажа, универмага на Кирова. В августе лепщики-оформители отрапортовали, что заканчивают монтировать наружные щиты с серпами и молотами. Новокузнечане до сих пор могут любоваться работой художников-соцреалистов Филиппова и Швецова – это их лепнина украшает магазин изнутри и снаружи. Тем же летом номера на трамвайных вагонах стали размещать по бокам и с тыла, а не только на лобовой части моторного вагона. И меньше стало казусов, когда горожане сначала заскакивали в трамвай и только потом, едва переведя дух, спрашивали - «А это какой маршрут?». Появилось еще одно общество садоводов – 400 работников КМК получили в районе Точилино по шесть соток. Крестьяне-землепашцы, веками работавшие на земле, и вдруг ставшие горожанами-металлургами, смогли таким образом утолить рефлекторную тягу к более естественному для них сельскому труду. Общество, дабы не ломать голову, назвали «Металлургом».
Соблюдая традиции, пресса подвергала умеренной критике все постановки, появлявшиеся на театральных подмостках города. Клуб имени Маяковского поставил оперетту «Валенсийская вдова». Рецензия выглядела так: «Поют хорошо, но вот столб с фонарем находится то в полувертикальном, то в полугоризонтальном положении, и артисты вынуждены были поддерживать его руками, чтобы он не упал». А вот отклик на гастроли областного Театра музкомедии, показавшего водевиль про Шуру Азарову: «Раскаяния поручика Ржевского в том, что он не узнал под мундиром гусара нежную девушку, звучат пафосно и мало убедительно!» Необходимо пояснить, что до рязановской «Гусарской баллады» было еще далеко, и в 55-м спектакль о похождениях девицы-героя назывался почему-то «Голубым гусаром». Без комментариев, как говорится…
В середине лета доцент СМИ Корель бросил в массы клич «Озеленим город фитонцидоносными растениями!», призывая повсеместно сажать черемуху: «Ее летучие фитонциды являются страшным ядом для крыс, а почки и ядра ее косточек убивают муху и осеннюю жигалку на расстоянии 5 см через 10 минут». Если с мухами все понятно, то вот что за зверь такой - «жигалка», выяснить так и не удалось, нет такого слова в словарях. А в клубе строителей действительный член-корреспондент АН СССР профессор Пулькис перед переполненным залом прочел лекцию о гигиене умственного труда: «Профессору Пулькису были заданы вопросы, на которые он дал исчерпывающие ответы».
19 июля страстные болельщики - машинист паровоза Некрасов и плотник Бражников посетили футбольный матч, после которого незамедлили поделиться впечатлениями: «В тот день играли команды треста «Кузнецктяжстрой» и копрового цеха. Судил игру судья Беспалов, который явно был за копровиков. Копровик Бурыкин неоднократно наносил травмы игрокам «Строителя». Во втором матче тот же Бурыкин без мяча ударил ногой в живот строителя тов. Пужаса. Тов. Пужас на грубость ответил грубостью. Началась драка. Судья удалил только Пужаса, а грубияна оставил на поле. Пора прекратить такое судейство, идущее вразрез с нормами советского спорта!» Впрочем, подобное являлось исключением из правил, так как в тот год городские спортсмены доставляли своим фанатам только радость своими достижениями. Например, студент СМИ Владимир Манеев в немецком городе Карлсруэ уложил на лопатки всех соперников и стал чемпионом мира по классической борьбе, а футболисты «Металлурга», выступившие на всероссийских финальных соревнованиях в Сталинграде, в своей подгруппе вошли в четверку лучших команд РСФСР. Такими достижениями гордились все сталинцы, а студент Манеев, кроме того, на себе испытал, что значит постоянно находиться в центре всеобщего внимания.
Большой общественный резонанс в 55-том получили два уголовных дела - Сироткина и банды Назаренко. Ранее судимый Сироткин, гуляя по вечернему городу, во время променада взял и просто так зарезал постового милиционера и случайного прохожего. Еще за одним, ставшим свидетелем убийств, Сироткин погнался, но тому удалось скрыться. Когда убийцу взяли, то он прикинулся клиническим идиотом, но приглашенные из Томска психиатры быстро уличили Сироткина в симуляции. 6 октября при всеобщем одобрении изувера приговорили к высшей мере наказания. А дело Назаренко привлекло внимание общественности тем, что до него таких сумм в Сталинске еще никто не похищал. Летом шофер горпищеторга Назаренко подбил двух молодых рабочих «Сибэлектромонтажа» на ограбление кассы предприятия, на котором юнцы работали. Зверски убив кассира и охранника, бандиты прихватили 72 тысячи 212 рублей. По тем временам это были огромные деньги. Сталинские «гангстеры» после дела сидеть тихо не стали, наоборот начали шиковать и расшвыривать кровавые деньги, гуляя по кабакам и шалманам. Убийц взяли практически сразу. Назаренко расстреляли, а его подельники получили по 25 лет лагерей строгого режима.

 

*Пантеон кузнецких металлургов – кладбище на верхней колонии за 8-й проходной

**Современные «вожди» тоже не чураются маленьких радостей и любят на досуге, между делом прокатиться, правда, не на слоне – на реактивном истребителе, в кабине локомотива поезда, на торпедном катере и с горки на лыжах, например. И с одиозными политиками типа Ахмади Ниджада – президента Ирана, не прочь любезно пообщаться, вразрез с общественными и политическими интересами страны. «Ничто не ново под луной».




 

Вступайте в группу Город Новостей в социальной сети Одноклассники, чтобы быть в курсе самых важных новостей.
Вячеслав Водясов
Город Nовостей

всего: 2322 / сегодня: 5

Комментарии /0

Смайлы

После 22:00 комментарии принимаются только от зарегистрированных пользователей ИРП "Хутор".

Авторизация через Хутор:



Местные новости